во всем мире. Данные, содержащиеся в них, были в основном собраны антропологами 
и поэтому относились по большей части к области их интересов (родство, 
землевладение, ритуалы). Эти данные касались непосредственно наблюдаемого 
поведения — возраста отнятия от груди, дисциплинарных мер, применяемых 
родителями, и количества людей, осуществляющих заботу о детях. Сведения о более 
абстрактных вопросах, интересующих психологов, к-рые можно было бы собрать, 
только проведя обширные опросы (напр., представления людей об интеллекте, 
желательных чертах личности ребенка, к-рые помогали бы детям справиться с 
будущими переменами в жизни), присутствуют в Архивах лишь фрагментарно.
    В одной из первых крупномасштабных исследовательских программ, целью к-рой 
было установить, какие теории — научения или врожденных способностей — больше 
соответствуют истине, Сегалл и др. попытались соотнести особенности окружения, 
в к-ром воспитывались люди, и независимо оцениваемые перцептивные механизмы. 
Однако авторы не смогли эффективно провести свою работу ни в одной стране мира, 
поскольку в каждой конкретной стране спектр особенностей среды был относительно 
узок. Тогда они исследовали значительное количество различных культур, черты 
к-рых варьировали в широком диапазоне, особенно такие особенности, как 
присутствие или отсутствие зданий, построенных с помощью орудий труда, 
количество прямых углов в расположении строительных конструкций и открытых 
перспектив, уходящих к горизонту. Данные, касающиеся реакций людей на ряд 
зрительных иллюзий, что и являлось тестом перцептивных тенденций в данном 
исследовательском проекте, собирались на 17 различных выборках в США, Африке и 
на Филиппинах. Т. к. у представителей различных культур были выявлены большие 
различия в подверженности зрительным иллюзиям, систематически связанные с 
особенностями окружающей среды, это было расценено как доказательство 
существования перцептивных механизмов, приобретаемых в процессе научения. 
Заслуживает особого упоминания важная методологическая особенность этой работы, 
к-рая может оказаться полезной для разнообразных кросс-культурных исслед. 
Сегалл и др. обнаружили, что люди, принадлежащие к культурам, где изобиловали 
строения с прямыми углами (получившие название «среды, созданной плотником» 
(carpentered environment)), оказались более чувствительными к иллюзии 
Мюллера—Лайера, тогда как представители культур, где преобладали открытые 
перспективы, были более восприимчивы к горизонтально-вертикальной иллюзии. Так, 
жители США, по сравнению с африканскими деревенскими жителями, были более 
восприимчивы к первой иллюзии и менее — ко второй. Взаимодействие между 
выборкой и стимулами исключает множество возможных альтернативных объяснений, 
таких как незнакомство с задачей в одной или неск. выборках.
   Несмешивающиеся переменные
    Интригующая возможность состоит в том, что переменные, к-рые встречаются 
вместе в одной культуре и, следовательно, смешиваются при любом статистическом 
анализе, можно изучить по отдельности в др. культурах или путем 
кросс-культурного сравнения. Классическим примером этого является анализ 
поведения, к-рое З. Фрейд наз. «эдиповым комплексом», проведенный Б. 
Малиновским. При кросс-культурном анализе эдипова комплекса оказалось, что 
наблюдения Фрейда основывались лишь на ограниченном наборе условий, 
существовавших в Вене в конце XIX в.
    На островах Тробриан Малиновский наблюдал, что отец отнюдь не всегда 
становится объектом враждебности мальчика. Неприязнь была скорее направлена 
против брата матери, к-рый в этой культуре поддерживал дисциплину. Т. о., 
исходя из того, кто является источником поддержания дисциплины, вызывая к себе 
нелюбовь, можно было предсказать напряженные отношения мальчика со своим дядей 
по материнской линии. Малиновский высказал предположение, что мальчик 
действительно может испытывать неприязнь к отцу, но вовсе не потому, что отец 
является любовником матери, а вследствие выполнения им дисциплинарных функций. 
Т. о., кросс-культурные наблюдения проясняют ситуацию, существующую у 
европейско-американских народов.
    Во мн. работах «кросс-культурные» или «культурные» переменные служат просто 
ярлыками для пакета смешиваемых понятий. Анализируя межкультурные браки, 
Фонтейн и Дорх работали с различными категориями супружеских пар, что позволило 
им разложить на составляющие чрезмерно общий термин «кросс-культурный». Они 
собирали данные о парах, состоящих в межэтнических браках, в к-рых супруги 
имели различный цвет кожи; о парах, состоящих из выходцев из различных стран, 
но не различающихся по цвету кожи; и о парах, в к-рых супруги принадлежали к 
различным религиозным конфессиям. Кроме того, они собирали данные о 
внутрикультурных браках, с тем чтобы дифференцировать проблемы, с к-рыми 
сталкиваются все женатые пары, от тех, к-рые имеют межкультурный аспект. 
Исследователи обнаружили, что в межэтнических браках наблюдалась иная динамика, 
чем в парах, в к-рых супруги были выходцами из разных стран. Межэтнические пары 
заявляли о большем количестве трудностей, к-рые, как они чувствовали, 
проистекали из внешних факторов в их общинах, тогда как пары выходцев из разных 
стран, не различающиеся по цвету кожи, усматривали больше проблем, связанных с 
внутренними факторами брачных партнеров или самих браков. Авторы истолковали 
эти рез-ты как демонстрацию того, что иная страна происхождения не порождает 
такой же уровень отрицательной реакции общины, как различия в цвете кожи. Т. о.,
 межэтнические пары на самом деле сталкиваются с внешними факторами, на к-рые 
они должны реагировать и к-рые, что весьма естественно, привлекаются для 
объяснения мн. проблем, связанных с браком. Различия между странами не так 
заметны для общины, но они реальны для супругов, поэтому супруги, происходящие 
из разных стран, относят больше проблем на счет внутренних факторов, чем 
межэтнические пары. Важный методический момент заключается в том, что Фонтейн и