информ. материалов с альтернативами использованию психоактивных средств, синтез 
и интеграцию имеющихся материалов в рамках уже проводимых общественных программ.

    См. также Лечение алкоголизма, Героиновая наркомания, Курение
    К. Ландау
    
   Знаки и символы (signs and symbols)
    
    Систематическое изучение знаков в попытке придумать единую науку известно 
как семиотика, и она появилась из таких дисциплин, как философия и лингвистика, 
равно как и из психологии. Эти термины имеют тж добавочное и более 
специализированное значение в мед. практике — семиотика является изучением 
симптомов. В этом случае в мед. диагнозах симптомы являются знаками, к-рые 
имеются в наличии для интерпретации.
    Знак — это стимул, к-рый направляет организм к чему-либо большему, нежели 
он сам, в том смысле, что мы обычно говорим об ударе грома как о знаке дождя — 
гром обозначает дождь. Т. о., знаки, естественно, встречаются в окружающей 
среде или внутри организма (нейрофизиологическая передача), или могут быть 
придуманы в лабораторных экспериментах (вспыхивающая лампочка или звучащий 
гудок, означающие пищу).
    Эти примеры знаков, изучаемых учеными-бихевиористами, являются 
довербальными и доречевыми. Тем не менее, именно изучение знаков как составной 
части челов. языка, исслед. слов как письменных и устных знаков породило науку 
семиотику. Семиотика предлагает представление о челов. существе как о животном, 
использующем знаки.
    Швейцарский лингвист Ф. де Соссюр рассматривал язык как звено между мыслью 
и звуком. С одной стороны, языку необходимы идеи, к-рые являются невербальными 
и чисто психол., а с др. стороны — осмысленные звуки, к-рые выражают идеи. Союз 
между идеей и выражением, между «означаемым» и «означающим» является скорее 
функцией, нежели предметом. Эта функция состоит в связи означающего с 
означаемым, и возникающую в итоге сущность Соссюр назвал лингвистическим знаком.

    Важное различие между знаком и символом ясно выразил Уолкер Перси. «Знак — 
это нечто, что направляет наше внимание к чему-либо другому. Символ не 
направляет наше внимание к чему-либо др., как это делает знак. Он не направляет 
совсем. Он «подразумевает» что-то др.». Узнавание символического содержания 
было и остается важным в создании и понимании иск-ва, поэзии и музыки с XIX в., 
но до сих пор символизация недостаточно признана в наших попытках понимания 
языка чел.
    А. Куальяно
    
   Зрительное восприятие (visual perception)
    
    З. в. является одним из системообразующих способов отношения к физ. 
окружению. Оно предполагает способность организма использовать световое 
излучение. В то же время оно включает вклад определенных органов чувств, помимо 
глаз. З. в. отчасти достигается вкладом вестибулярного аппарата, расположенного 
в ухе, проприоцептивных чувствительных механизмов ощущений в мышцах и 
сухожилиях и температурных рецепторов.
    Предметы могут выглядеть как твердые или мягкие, шершавые или гладкие, 
горячие или холодные, и, тем не менее, в природе самого светового излучения нет 
ничего специфического для вызывания подобных впечатлений. Они возникают из того,
 что др. модальности чувств могут вызвать в сочетании с уже пережитыми на опыте 
свойствами, обычно рассматриваемыми как строго зрительные. Чтобы дать организму 
осн. сведения, благодаря к-рым зрение становится главным чувством, 
воспринимающий орган зрения (глаз) должен быть более сложным, чем к.-л. др.
    Цвет и яркость являются дополнительными измерениями по отношению к 
положению, форме и движению, обнаруженными в З. в.
    См. также Глаз, Зрение (теории зрения)
    С. X. Бартли
    
   Зрительные представления (visual imagery)
    
    Качество З. п. легче всего характеризовать в субъективных терминах: 
большинство людей сообщает о тесном сходстве между субъективным опытом З. п. и 
опытом реального восприятия. Люди часто полагают, что они могут «считывать» 
информ. с внутреннего образа, почти так же, как они считывают информ. с 
реального изображения. Похоже тж, что внутренний образ отображает 
репрезентируемый объект как видимый на определенном расстоянии и в определенной 
перспективе, почти как картина. Др. способы репрезентации могут умалчивать о 
том, насколько далеко расположен объект или с какого угла зрения он виден. Но 
эти аспекты должны быть точно определены в картине — картина должна отображать 
объект видимым с точно определенной т. зр. Очевидно, что это верно и для З. п.
    Эти субъективные качества позволяют предположить, что З. п. отображают мир 
почти так же, как и картины, и что мы рассматриваем З. п. с помощью процессов, 
родственных процессам зрительного восприятия. Однако психологи проявляют 
осторожность в отношении самоотчетов о субъективном опыте. Эти сообщения могут 
не быть истинными в буквальном смысле: откровенно говоря, внутри головного 
мозга нет никакого «глаза», как нет никаких картин и проекционного экрана для 
их показа в пространстве, ограниченном черепом.