лицевых мышц действием наследственной программы. Есть и др. мнение: выражения 
лица могут приобретаться в результате научения, одинакового для всех 
представителей вида, или же вследствие биолог. адаптивных реакций новорожденных.

    Не всякая Э. м. передает универсальные сообщения. Вполне возможно, что люди 
научаются правилам принятого в конкретной культуре выражения эмоций посредством 
наблюдения за окружающими.
    Э. м. играет важную роль в ранних соц. взаимоотношениях чел. С момента 
появления ребенка на свет она служит для передачи жизненно важной информ. 
Лицевая мускулатура новорожденного полностью сформирована и функциональна. Плач 
и жалобное выражение лица у младенца — универсальные признаки дистресса — 
указывают ухаживающему за ребенком взрослому на необходимость разрешить 
какие-то проблемы малыша. Соц. улыбка, то есть улыбка с фиксацией взгляда на 
чел, к-рый ухаживает за ребенком, появляется в возрасте 3—4 недель. Улыбка — 
одна из младенческих моделей поведения, к-рая позволяет расположить к себе 
взрослого, стимулирует формирование привязанности между взрослым и младенцем, 
повышает шансы малыша на получение помощи в течение долгого периода развития.
    Э. м. ребенка, перешедшего рубеж младенчества, позволяет окружающим 
составить точное представление о наличии у него приятных и неприятных 
эмоциональных переживаний.
    Выражения лица вызывает ряд др. измеримых эффектов в соц. поведении, к-рые 
психологи только начали изучать. В одном исслед. было показано, что ученики 
научались большему у учителей, демонстрировавших положительные, а не 
отрицательные эмоции. В др. исслед. было установлено, что на агрессию 
преподавателя влияло выражение лица уч-ся. Преподаватели реже наказывали тех, 
кто выглядел рассерженным и недовольным, и чаще наказывали учеников, казавшихся 
веселыми и довольными.
    См. также Жесты, Эмоции
    Л. Л. Давидофф
    
   Экспрессивные искусства (expressive arts)
    
    Э. и. не часто рассматривают с позиций их вклада в изменение поведения, 
несмотря на признание за ними способности вызывать изменения личности. С 
увеличением информ. базы данных, улучшающей понимание причин поведенческих 
изменений, возрастает роль нетрадиционных и новаторских видов терапии. К Э. и. 
относятся поэзия, музыка, литературные сочинения, живопись, танцы, скульптура и 
различные сочетания этих видов искусства. Э. и. зачастую неофициально 
используются в терапии, однако они редко исследуются, и обычно им отводятся 
только вспомогательные роли. И все же, Э. и. поднимают вопросы, к-рые 
привлекают внимание и требуют своего изучения. Существующие данные позволяют 
высказать ряд соображений эвристического характера.
    1. Э. и. позволяют достичь самовыражения без той иногда довольно серьезной 
конфронтации, к-рая возникает в ходе разговорных терапий.
    2. Э. и. задействуют формы личных переживаний и выразительности, 
свойственные всем людям. Все общества создают рассматриваемые здесь образцы Э. 
и. и используют их для эмоциональной разрядки и (вербального) самовыражения 
(self-statements). Хотя и не предполагается, что Э. и. отражают специфические 
личностные трудности, соц. проблемы конкретной культуры или еще что-то подобное,
 такие результаты могут обнаруживаться. Экспрессия не вызывает с необходимостью 
эмоционального катарсиса, но может вносить в него свой вклад.
    3. Продукты людей в терапии, использующей экспрессивные искусства, выглядят 
менее иррелевантными (redundant), чем вербальные описания соизмеримого 
поведения у клиентов психотерапии. Известно, что психотер. характеризуется 
высокой иррелевантностью (ригидность, дефензивность и невосприимчивость к 
альтернативам), и что преодоление иррелевантности зачастую служит признаком 
прогресса.
    4. Э. и. характеризуются сравнительно более открытой активностью, чем 
разговорная психотер. В наибольшей степени это характерно для танца и движения; 
отчасти для живописи, рисунка и скульптуры и в меньшей степени для 
литературного творчества, будь то проза или поэзия. Тем не менее, акт сочинения 
стихов или прозы может обязывать субъекта к большей правдивости выражения, 
нежели обычные словесные отчеты.
    5. Поведенческие и личностные изменения, по-видимому, не зависят от 
установления точных причин в области тех проблем, которые испытывает субъект. 
Экспрессивные усилия могут позволить субъекту воздействовать на проблему без 
понимания причин ее происхождения; экспрессивность сталкивается с тем, что 
яв-ся следствиями проблемы, и этого может оказаться вполне достаточным, чтобы 
способствовать изменениям. Несмотря на существование более чем 250 видов 
психотер., все они могут быть отнесены к одному из двух основных типов: те, что 
локализуют значимые переменные в душе (psyche), и те, к-рые локализуют их во 
взаимодействии между чел. и его окружением. Если последняя концептуальная 
позиция яв-ся той, в отношении к-рой Э. и. обладают наибольшей релевантностью 
(в сравнении с выявлением «бессознательного»), тогда для изменения клиента 
может оказаться достаточно вмешательств (intercessions), способствующих 
изменению конфигурации отношений чел. с окружением; во мн. случаях изменения 
наиболее важными могут быть именно неспецифические факторы. То, что может 
оказаться более важным для изменений — это атрибуция причины клиентом (или 
терапевтом), к-рая обеспечивает точку опоры для последующих действий и 
изменений. Вместо того, чтобы побуждать к созданию «истинной» причинной теории,