экспедиции провел обширные гидрографические исследования и собрал ценный 
этнографический материал о народах Океании и Северной Америки.
   Перу Лисянского принадлежит ценное исследование - "Путешествие вокруг света 
в 
1803, 1804, 1805 и 1806 на корабле "Нева" под начальством Ю. Лисянского" (1812),
 
впоследствии несколько раз переиздававшееся. 
   В. А. Федоров
   
   ЛИТЕРАТУРА СВЯТОЙ РУСИ. Фундаментальное свойство русской литературы - то, 
что 
это литература Слова. Слова-Логоса. Тысячелетняя ее история открывается "Словом 

о Законе и Благодати" митр. Илариона (XI в.). Здесь Ветхому Завету - "Закону" 
(национально-ограниченному, замкнутому на одном еврейском народе) 
противопоставляется Новый Завет - "благодать", универсальный характер 
христианства.
   Из "Повести временных лет" известно, что к кн. Владимиру приходили хазарские 

евреи, убеждая его принять их иудейскую веру. Ответом на этот соблазн были 
следующие слова Владимира: "Как же вы иных учите, а сами отвергнуты Богом и 
рассеяны? Если бы Бог любил вас и ваш закон, не были бы вы рассеяны по чужим 
землям. Или и нам того же хотите?" Русский князь отверг иудейский закон, не 
ведая еще о его немыслимой жестокости в отношении к другим народам. В Ветхом 
Завете во Второй книге Царств (12:31) говорится о чудовищной расправе царя 
израильского Давида над покоренным народом: "А народ, бывший в нем (в городе), 
он вывел и положил их под пилы, под железные молотилки, под железные топоры, и 
бросил их в обжигательные печи. Так он поступил со всеми городами Аммонитскими".
 
Поражающая нас жестокость ветхозаветных героев объясняется богословами в 
качестве смягчающего обстоятельства то дикостью нравов того древнего времени, 
то 
метафорическим духовным смыслом, заключенным в злодеянии, вроде того, как 
истреблением собственных страстей истолковываются слова псалма 136: "Блажен, 
кто 
возьмет и разобьет младенцев твоих о камень!" Говоря об отличии Нового Завета 
от 
Ветхого Завета, митр. Иларион видит величайшее благо для Руси в распространении 

христианского света на ней, воздаст хвалу кн. Владимиру, крестившему Русь.
   И главным направлением древнерусской литературы становится утверждение 
ценностей, связанных с христианской этикой и христианским государством. В 
"Повести временных лет" (XII в.) летописца Нестора события рассматриваются с 
религиозной точки зрения, повествование проникнуто чувством патриотизма, 
единства Руси.
   Многое для понимания древнерусского характера открывает "Поучение Владимира 
Мономаха" (XII в.). Владимир Мономах - образец целостности характера 
древнерусского человека, при казалось бы несовместимых качествах: истинный 
христианин, пример благочестия, милосердия, попечения о людях, об "убогих" (он 
даже простил убийцу своего сына), и вместе с тем он положил конец княжеским 
усобицам, при нем Киевская Русь стала могущественным государством, а его именем 

половцы устрашали детей в колыбели. Это был русский средневековый век "силы и 
отваги", древнерусским людям было свойственно религиозное понимание мужества: 
"Умирать побежденным значило бы поступить в рабство к победителю на том свете" 
(И. Забелин).
   Целостность характера при религиозной основе, неразрывность слова и 
поведения 
стали в тысячелетней русской литературе принципом человеческого бытия, обретя 
свое концентрированное выражение в философии "целостности" славянофилов, прежде 

всего И. В. Киреевского. Схожие характеры, неразложимые в своих, казалось бы, 
противоположных качествах, перекликаются через тьму столетий. Не видим ли мы те 

же черты, что у Владимира Мономаха, и в великом русском полководце Суворове. 
Любопытно вспомнить, как русский резидент в Константинополе писал Суворову: 
"Один слух о бытии вашем на границах сделал и облегчение мне в делах, и великое 

у Порты впечатление". И этот же полководец, одно имя которого наводит страх на 
противную сторону, говорил: "Если вы хотите истинной славы, следуйте по стопам 
добродетели". Суворов, глубоко религиозный человек, учил солдат: "Сегодня 
молиться, завтра поститься, послезавтра - победа или смерть".
   Отважный полководец, разбивший тевтонских рыцарей, отразивший натиск на Русь 

католического Запада, Александр Невский говорит: "Бог не в силе, но в правде" 
(из "Жития Александра Невского", XIII в.). Эти слова - как нравственная основа 
мужества - раскрываются в русской литературе на протяжении столетий (начиная от 

"Жития Александра Невского", "Сказания о Мамаевом побоище" до "Войны и мира" Л.