людей церкви, - создалась необходимость борьбы с интеллигентскими влияниями на 
народ ради защиты его веры. К борьбе политических и культурных идеалов при-
мешалась религиозная распря, всю серьезность которой, вместе со всем ее 
угрожающим значением для будущего России, до сих пор еще не умеет в достаточной 

степени понять наша интеллигенция. В поголовном почти уходе интеллигенции из 
церкви и в той культурной изолированности, в которой благодаря этому оказалась 
эта последняя, заключалось дальнейшее ухудшение исторического положения. Само 
собой разумеется, что для того, кто верит в мистическую жизнь церкви, не имеет 
решающего значения та или иная ее эмпирическая оболочка в данный исторический 
момент, какова бы она ни была, она не может и не должна порождать сомнений в 
конечном торжестве и для всех явном просветлении церкви. Но, рассуждая в 
порядке 
эмпирическом и рассматривая русскую поместную церковь как фактор исторического 
развития, мы не можем считать маловажным тот факт, что русский образованный 
класс почти поголовно определился атеистически.
   Из противоречий соткана душа русской интеллигенции, как и вся русская жизнь, 

и противоречивые чувства в себе возбуждает. Нельзя ее не любить, и нельзя от 
нее 
не отталкиваться. Наряду с чертами отрицательными, представляющими собою 
симптом 
некультурности, исторической незрелости и заставляющими стремиться к 
преодолению 
интеллигенции, в страдальческом ее облике просвечивают черты духовной красоты, 
которые делают ее похожей на какой-то совсем особый, дорогой и нежный цветок, 
взращенный нашей суровой историей; как будто и сама она есть тот "красный 
цветок", напитавшийся слез и крови, который виделся одному из благороднейших ее 

представителей, великому сердцем Гаршину.
   Рядом с антихристовым началом в этой интеллигенции чувствуются и высшие 
религиозные потенции, новая историческая плоть, ждущая своего одухотворения. 
Это 
напряженное искание Града Божия, стремление к исполнению воли Божией на земле, 
как на небе, глубоко отличаются от влечения мещанской культуры к прочному 
земному благополучию. Уродливый интеллигентский максимализм с его практической 
непригодностью есть следствие религиозного извращения, но он может быть 
побежден 
религиозным оздоровлением.
   Религиозна природа русской интеллигенции. Достоевский в "Бесах" сравнивал 
Россию, и прежде всего ее интеллигенцию, с евангельским бесноватым, который был 

исцелен только Христом и мог найти здоровье и восстановление сил лишь у ног 
Спасителя. Это сравнение остается в силе и теперь. Легион бесов вошел в 
гигантское тело России и сотрясает его в конвульсиях, мучит и калечит. Только 
религиозным подвигом, незримым, но великим, возможно излечить ее, освободить от 

этого легиона. Интеллигенция отвергла Христа, она отвернулась от Его лика, 
исторгла из сердца своего Его образ, лишила себя внутреннего света жизни и 
платится, вместе с своею Родиной, за эту измену, за это религиозное 
самоубийство. Но странно - она не в силах забыть об этой сердечной ране, 
восстановить душевное равновесие, успокоиться после произведенного над собой 
опустошения. Отказавшись от Христа, она носит печать Его на сердце своем и 
мечется в бессознательной тоске по Нем, не зная утоления своей жажде духовной. 
И 
эта мятущаяся тревога, эта нездешняя мечта о нездешней правде кладет на нее 
свой 
особый отпечаток, делает ее такой странной, неуравновешенной, как бы одержимой.
   С.Н. Булгаков
   
   ИОАКИМ и АННА, Богоотец и мать Пресвятой Богородицы. Иоаким и Анна - два 
имени, стоящие рядом, которые слышит православный христианин за каждым 
богослужением. Церковь именует их, предков по плоти Господа нашего Иисуса 
Христа 
- Богоотцами. Они даровали миру Пресвятую Богородицу, заслужив право быть 
родителями Ее подвигом долгой, трудной и благочестивой жизни, подвигом упорной 
молитвы. Свв. Иоаким и Анна жили в Назарете Галилейском и вели жизнь простых 
граждан, хотя и происходили из царского рода. До глубокой старости у них не 
было 
детей, и они очень скорбели об этом. Насмешки и оскорбления от недобрых 
соплеменников сыпались на них. По ветхозаветному закону бесчадие воспринималось 

как наказание Божие. И вот однажды дары, которые принес в Иерусалимский храм 
прав. Иоаким, не были приняты священником. Почитая себя грешнейшим из людей, 
старец решил удалиться в пустыню, чтобы там в покаянии закончить свои дни. 
Узнав 
об унижении, испытанном ее мужем, прав. Анна усилила молитву о даровании им 
ребенка. Но Господь не отвергал праведников, а испытывал их, через нравственные 

страдания и молитву очищал их, чтобы сделать достойными стать родителями Той,