в 
скиту и в большом киновийском общежитии, Нил высказывает свое предпочтение 
жизни 
в скиту "еже со единым или множае со двема братома жити": по его убеждению, это 

более всего соответствует человеческой природе. При этой форме жизни "брат 
братом помогает", как "крепость", иноки поддерживают друг друга, взаимно 
наставляются, имея "единого учителя" - боговдохновенное Писание.
   Свой трактат преподобный заканчивает заявлением, что написал он его, 
пользуясь Писанием и творениями Св. Отцов, и что, если есть в нем что-либо 
неугодное Богу или вредное для душ, он заранее то отвергает и просит за то 
прощения. Но если найдут его добрым и полезным для душ, это ему будет на 
радость. И кто найдет тут пользу, тот пусть молится о нем грешном, чтобы и он 
нашел милосердие у Бога.
   Формулируя в целом учение Нила Сорского, можно свести его к следующим 
положениям:
   1) Основное направление мысли прп. Нила есть направление чисто аскетическое. 

Жизнь теперешняя - только подготовка к жизни будущей. На земле все бренно, все 
преходяще, судьба всех - умереть. Скорби и страдания - лучшее, что выпадает на 
долю человека в этой жизни. Их нужно принимать с радостью и благодарить за них 
Бога, т.к. они очищают душу и ведут человека к блаженству.
   2) Самая "благая часть", какую человек может избрать на земле, - это 
монашеская жизнь. Монахи - в наиболее прямом смысле слова - служители Божии. Но 

монашеское состояние не должно быть только телесным: необходимо, чтобы оно было 

духовным. Оно требует не только умерщвления плоти, но в особенности внутреннего,
 
духовного совершенствования человека. Аскетизм прп. Нила - духовный аскетизм. 
Его цель - внутреннее нравственное совершенствование человека, а не изнурение 
тела. Поле битвы для монаха - не его тело, а его сердце и его мысли. Монах 
может 
и должен питать и поддерживать свое тело настолько, насколько это ему требуется,
 
и даже порою дать ему отдохнуть. Телесный пост не так существенен в монашеской 
жизни. Количество принимаемой пищи должно соответствовать силам и потребностям 
каждого. Монах должен бороться не со своим желудком, а со злыми мыслями в своей 

душе, со страстями своего сердца. Путь, которым всякий человек достигает 
спасения, - это путь нравственного перерождения, внутреннего перевоспитания, а 
не внешних обрядов.
   3) Этот взгляд Нила на характер и цель монашеской жизни определяет отчасти и 

его взгляд на мир. Основа его идей, характерная черта его мировоззрения - это 
первенство внутреннего, духовного, идеального над внешним, обрядовым. Его 
исходная точка - Евангелие, и этот евангельский характер отражается во всей его 

духовности. "Любите врагов ваших... Истинные поклонники будут поклоняться Отцу 
в 
духе и истине", - эти евангельские слова могли бы служить эпиграфом ко всем 
трудам прп. Нила. Он обо всем судит с точки зрения Евангелия, Евангелием 
определяет обязанности монаха и всякого христианина вообще, не заботясь ни о 
каких соображениях практического порядка, и этим он слегка напоминает князя 
Мышкина в "Идиоте" Достоевского.
   4) То же духовное направление приводит к тому, что Нил - противник всякой 
роскоши в украшении церквей. Он пишет, что Бог никого еще не осудил за 
недостаточно богатое украшение храмов. Делать церквам дорогостоящие дары 
"излишне". Гораздо лучше раздать эти деньги бедным.
   Духовный и идеалистический характер святого очень часто принимает 
мистическое 
направление (в смысле внутреннего созерцания). Этот последний элемент - один из 

самых значительных в его личности. Мы видели его учение относительно духовной 
молитвы и слез. В обоих случаях предполагается одно и то же душевное и 
молитвенное состояние.
   5) "Подвиг" нравственного совершенствования человека должен быть 
сознательным 
и осмысленным. Монах должен совершать его не по приказу, а по собственному 
убеждению в его необходимости, с "мудрованием" и "согласующа разуму". Коротко 
говоря, послушание не должно быть машинальным и механическим. Монах, как и 
всякий другой христианин, может и должен пользоваться советами опытных людей, 
но 
для этого он должен сначала удостовериться в том, какова жизнь тех, к кому он 
за 
советом обращается, насколько они знают Писание и как они осуществляют свои 
знания на деле. Ярмо монашеской жизни следует принимать на себя разумно, 
разумно 
"принимать пищу", "читать Писание", бороться со страстями. Резко восставая 
против тех, кто хочет всегда действовать "самочинно" и не желает укрощать свою