неприспособленным к условиям полёта в безвоздушном пространстве. Эксперимент 
оказался явно преждевременным. Желание обогнать само время — этим пороком 
всегда страдали большевистские эмиссары — дорого обходилось человеку в 
советской стране. Если у мужчинкосмонавтов кальций в организме 
восстанавливался за 10—12 дней, то Терешкова не могла встать на ноги около 
месяца. Всепроникающие космические лучи действовали на женщину иначе. Кости 
стали хрупкими, ломались от маломальской нагрузки, нередко возникали 
кровотечения. Тот же Волович утверждает, что «мисс Вселенная» всю жизнь живёт 
под угрозой на ровном месте сломать ногу или истечь кровью от крохотной ранки.
       Впрочем, тревога о собственном здоровье обычно не может испортить 
счастья, когда тебе немногим за двадцать. Настоящие муки Валентины Владимировны 
начались в связи с рождением ребёнка. Терешкова и Андриян Николаев 
(космонавт3) познакомились ещё до полётов в Звёздном городке Но шоу из их 
романа государство решило организовать уже после того, как Терешкова стала 
народной героиней «Космической свадьбой» руководил сам Хозяин — Никита 
Сергеевич Хрущёв. Дом приёмов на Ленинских горах был полон высокопоставленных 
личностей, тосты, подарки и поздравления должны были вызвать ликование молодых 
и восхищение всего мира, но мало кто знал, что настоятельный «совет» партии 
завести космической паре ребёнка вызывал у молодых супругов панический ужас. 
Они знали, что эксперимент с собакамикосмонавтами закончился плачевно. Щенки 
рождались слепыми, один даже — трехногим, все очень скоро погибли. Можно себе 
представить ту перспективу, которую воображала будущая мать, побывавшая в 
космосе.
       По словам все того же Воловича, беременность Терешковой протекала очень 
тяжело. Практически весь период Валентина пролежала в госпитале. И всё же она 
снова снискала милость судьбы — девочка Алёнка родилась хотя и слабенькой, но 
нормальной. Надо сказать и добрые слова о советском государстве — хотя бы ради 
собственного престижа, но оно не оставляло ребёнка «космических» родителей без 
медицинской опеки. Девочка постоянно находилась под наблюдением врачей. А когда 
в 1970 году Андриян Николаев во второй раз полетел в космос, шестилетняя Алёнка 
во время сеанса радиосвязи с укором говорила: «Папа, что же ты меня не взял с 
собой? У тебя такой большой корабль…» Сегодня дочь Терешковой имеет собственную 
семью, а Валентина Владимировна стала бабушкой. Это ли не женское счастье?
       Правда, космическая семья оказалась не столь прочной, как сталь, из 
которой делаются космические корабли. Развод был неизбежен, но союз Николаева и 
Терешковой рассматривался как политический вопрос, и когда о разрыве узнал 
Брежнев, то страшно разволновался. Бывшим супругам, заложникам советского 
приличия, ещё долгое время пришлось поддерживать своим плечом развалившийся дом.
 И всё же в этом ханжестве государственного масштаба было нечто рациональное — 
когда наша «затюканная баба» видела подтянутую, всегда ровную в общении, 
спокойную Валентину Терешкову — председателя Комитета советских женщин, — то ей 
казалось, что собственные её беды всего лишь досадные ошибки, собственные 
промахи, которые запросто можно поправить.
       Для целого поколения шестидесятников Терешкова стала любимым символом 
«правильной» жизни, в которой равномерно расставлены акценты в карьере и семье. 
Не зря ещё Юрий Гагарин писал о ней: «Когда Валя пришла к нам в отряд 
космонавтов, мы все её очень полюбили: не только лётчики, инструкторы, но и 
наши жены. Она вошла в нашу жизнь, как входят в родную семью, — просто, без 
рисовки, с твёрдым желанием усвоить уже сложившиеся традиции. И, если удастся, 
внести нечто новое, своё…»
       Наверное, в этом достойном приятии окружающего, его плюсов и минусов, и 
заключается основная формула успеха Валентины Владимировны, и судьба поэтому 
благосклонно отводит от неё несчастья. Как в тот достопамятный день, когда 
киллер вместо машины Брежнева расстрелял колонну космонавтов. Пули прошли под 
сиденьем Валентины Терешковой, но саму её не задели. Повидимому, это и есть 
везение.
       В 1987 году Валентина Владимировна возглавила Союз советских обществ 
дружбы и культурных связей с зарубежными странами. Сейчас это Российский Центр 
международного и культурного сотрудничества при правительстве России. Иными 
словами, это уже не общественная организация, а государственная структура, а 
наша героиня в ней — вроде министра.
       Её вторая семья — можно сказать, «вполне генеральская». Муж тоже генерал,
 только медицинской службы. Юрий Шапошников — директор Центрального 
научноисследовательского института травматологии и ортопедии, в прошлом — 
заместитель главного хирурга вооружённых сил страны. Живут они в Звёздном 
городке, в четырехкомнатной квартире на седьмом этаже дома космонавтов. Рано 
утром каждый день уезжают на работу в Москву. И поныне жители Звёздного 
обращают внимание на ухоженную, подтянутую, красивую женщину, ни минуты не 
позволяющую себе расслабиться, спокойную и уверенную в себе. Её «звезда» 
расположилась так высоко, что не нуждается в подсвечивании.
      
 ДЕВА МАРИЯ 
      
       Потребность в женском божестве, в поклонении матери, защитнице и 
помощнице сильна была в любых культурах и религиях. В Древней Греции почитали 
Деметру, в Малой Азии — Кибелу, в Древнем Египте — Исиду. Но в христианской 
Деве Марии впервые воплотилось реальное человеческое начало — женское и 
материнское, понимаемое, как божественное. Предназначение женщины впервые было 
осознано обществом как служение высшим целям, как соединение её с Абсолютом. 
Приход нового человека в мир признавался таинством, у истоков которого стояла