зрителя к захватывающему сюжету сделает своё дело. Любовь Петровна сомневалась 
долго. Ей было под семьдесят, а играть предстояло роль в большом временном 
отрезке, едва ли не от двадцатилетней девушки. Орлова уже много лет с болью 
вспоминала неуклюжую похвалу газеты «Ферганская правда», высказанную по поводу 
работы в фильме «Русский сувенир»: «С годами не померк, не состарился талант 
выдающейся советской актрисы».
       И всё же они решились на этот шаг. Александров предусмотрел, казалось бы,
 все: беспроигрышная для семидесятых тема — «борьба двух систем», авантюрные 
перипетии сюжета, такой близкий актрисе мотив Золушки, мотив рождения звезды. 
Казалось, фильму были суждены хорошая прокатная судьба и высокая оценка 
государственной прессы. Но… картина на экран не вышла. Она была закончена, по 
сметным расходам оказалась одной из самых дорогостоящих в советском 
кинематографе тех лет, и тем не менее зритель её не увидел. Долгие годы в 
«киношных» кругах ведутся споры, выдвигаются версии, почему «Скворец и Лира» 
(так назывался последний фильм Александрова) был положен на полку. Редактор 
картины утверждал, будто закрыли фильм по причине несоответствия политическому 
моменту, причём сделал это в день сдачи картины сам её главный консультант, 
высокий чин КГБ Цвигун. В этой версии остаётся невыясненным лишь один вопрос: 
почему консультант был так благодушен во время съёмок политически 
неблагонадёжного фильма, почему не предупредил сразу, а дождался, когда 
израсходовали народные денежки? Скорее всего, группе, работавшей на картине, не 
захотели объяснить подлинные причины изъятия фильма из проката.
       По версии одного из чиновников тогдашнего Госкино, Орлова сама закрыла 
картину, увидев, насколько безжалостно экран выдаёт её старость. Это, конечно, 
похоже на правду. Любовь Петровна слишком отчаянно боролась за свой образ 
нестареющей, уверенной в себе примадонны. Не могла же она позволить развенчать 
себя столь беззастенчиво и откровенно даже ради прихоти любимого человека.
       Ни одна из версий не доказана, но спустя годы и годы, в середине 1990х, 
фильм «Скворец и Лира» показали по телевиденью. Это было мучительное и страшное,
 нездоровое и почти зловещее зрелище. Словно восставшие мертвецы силились 
восстановить давно умерший мир прежних мифов и символов, вызывая в памяти 
кошмарные ирреальные сны. Мир, в котором героиня Орловой пребывает «вечно 
молодой» во всех эпохах, пронизывает смертного человека ледяным холодом, как 
всякое чувство безвременья и бездны.
       Что ж… Звезда может лететь только по своей орбите и только мгновенно, 
таков её закон от века. И никому ещё не дано было после угасания снова зажечь 
звезду.
      
 ЛЕНИ РИФЕНШТАЛЬ 
      
       (1902—2003)
      Немецкий кинорежиссёр, поддерживала нацистов, создала документальные 
фильмы о Нюрнбергском съезде фашистской партии «Триумф воли» (1934) и фильм об 
Олимпийских играх в Берлине в 1936 году «Олимпия». Автор семи художественных 
картин. В середине 1920х годов снималась как актриса в фильмах режиссёра А. 
Фанка. С 1970х годов занимается фотографией: фотоальбомы «Последние нубийцы» 
(1973), «Люди Кау» (1976), «Коралловые парки» (1978). 
       
      После окончания Второй мировой войны многие, сотрудничавшие с нацистами, 
были помилованы и прощены — режиссёр первого художественного фильма, 
прославлявшего фашизм; человек, снявший документальную картину о бомбёжке 
Варшавы; антисемит, печально известный картиной «Еврей Зюсс». Все они успешно 
работали в послевоенной Германии, спокойно дожили в своём уютном мирке и умерли 
в кругу обожавших их родственников. И лишь Лени Рифеншталь, работавшая на 
фашистский режим какихто восемь лет из почти семидесятилетней своей 
деятельности, навсегда осталась обвиняемой, одиозной, спорной фигурой, которой 
ничего не простилось.
       Аргумент прост: в глазах её защитников её талант искупал вину — Лени 
выпали дурные карты, но она смогла достойно сыграть; в глазах её противников 
именно Рифеншталь несёт ответственность — получив от природы необыкновенный 
талант, она использовала его на службе дьяволу.
       А может, и впрямь эта женщина «продала» свою душу дьяволу?.. Иначе чем 
объяснить эту поистине мефистофелевскую энергию, которую до сего дня излучает 
Рифеншталь. Посмотрите на эту фотографию. Сколько лет вы дадите этой женщине с 
кинокамерой. Пятьдесят? Шестьдесят? Семьдесят? Но Лени здесь девяносто! Ещё 
десять лет назад она, скрыв свой возраст, получила разрешение на занятие 
подводным плаванием. Поистине, чтото дьявольское есть в её вечной молодости… 
Так просто не бывает — фотографироваться под водой в обществе огромного ската 
на восьмом десятке…
       И всё же она реальна, и фильмы её, эти монстры искусства, — тоже 
реальность, в которой звучит извечный вопрос — совместимости гения и злодейства,
 таланта и совести, долга и красоты. Она, Лени, задала своим фактом 
существования немалую загадку человечеству.
       Дочь бизнесмена, владевшего фирмой по производству вентиляционного и 
отопительного оборудования, Рифеншталь выросла в типичной сытой среде немецкого 
буржуа начала века. Однако непомерно честолюбивая, яркая, цепкая девочка 
выделялась среди своих сверстников атлетическим сложением, желанием и умением 
везде быть первой и… запоминающейся белокурой красотой. Её страстью рано стал 
театр, но особенных успехов Лени достигла в танцах. В Германии трудно найти 
актёра начала XX века, который не испытал бы влияния Макса Рейнгардта. Не