было лишь прелюдией к тому, что вся ночь затем посвящалась столь же неутомимой 
Жюльетте. Сексом Гюго продолжал заниматься почти до последних дней жизни.
      Жюльетта, самая большая любовь в его жизни, терпеливо сносила сексуальную 
активность Гюго. Когда ей исполнилось 40 лет, ее красота начала увядать. В 1844 
году ее временно заменила молодая дворянка Леони д'Оне. Связь Леони с Гюго 
закончилась страшным скандалом, когда ревнивый муж Леони нанял полицейских, 
чтобы они следили за его женой. Леони и Гюго были схвачены на месте 
преступления. Гюго избежал наказания, поскольку принадлежал к сословию пэров, а 
Леони была посажена в тюрьму за прелюбодеяние.
      После того как Леони вновь оказалась на свободе, Гюго стал делить свое 
время поровну между ней и Жюльеттой. В конце концов Гюго оставил Леони, а 
Жюльетта опять стала его главной любовью. Это, конечно, ни в коей мере не 
мешало Гюго искать и находить других любовниц. Сама Жюльетта подсчитала, что с 
1848 по 1850 год у Гюго было по меньшей мере 200 сексуальных партнерш. В 
70летнем возрасте Гюго сумел соблазнить 22летнюю дочь писателя Теофиля Готье, 
и вполне возможно, что в это же время у него была тайная связь с Сарой Бернар.
      Несмотря на многочисленные любовные романы, он всегда называл Жюльетту 
своей «истинной женой». Их интимные отношения продолжались 50 лет. Большую 
часть этого времени они прожили отдельно друг от друга. Если это было возможно, 
Гюго приезжал к ней каждый день. Жюльетта была ему абсолютно преданна. За все 
время их знакомства она написала ему 1700 любовных писем. И умерла на руках у 
Гюго в 77летнем возрасте. На протяжении оставшихся двух лет жизни Гюго 
продолжал, как уже известно читателю, активную сексуальную жизнь, но дух его, 
повидимому, был все же сломлен потерей Жюльетты.
      Гюго окружал свои свидания тайной. Он любил, например, проводить в дом 
своих любовниц через какието тайные ходы и предаваться с ними любви в какихто 
отдаленных заброшенных комнатах даже тогда, когда в этом не было абсолютно 
никакой необходимости.
      Своему юному внуку, который однажды вошел в комнату и увидел своего 
80летнего дедушку, обнимавшего молодую служанку, Гюго сказал: «Смотри, Жорж, 
они не зря называют меня гением!»
      Верный друг Жюльетта Друэ и Гюго до преклонных лет сохранили старый 
обычай по всякому поводу писать друг другу. 1 января 1883 года в новогоднем 
пожелании Жюльетта написала ему: «Обожаемый мой, не знаю, где я буду в эту дату 
в следующем году, но я счастлива и горда подписать тебе мое удостоверение на 
жизнь сейчас вот этими только словами: Я люблю тебя». Это было последнее ее 
новогоднее поздравление. 11 мая 1883 года она скончалась. Гюго был раздавлен 
горем, не плакал, но не мог даже присутствовать на похоронах. Отныне все ему 
стало безразлично: с Жюльеттой ушло все его прошлое, вся его жизнь.
      Летом 1884 года он совершил последнее свое путешествие – в Швейцарию. В 
записной книжке наряду с неразборчивыми набросками стихов, начатых и 
неоконченных поэм появилась запись: «Скоро я перестану заслонять горизонт». Он 
составил завещание, в которое включил знаменитые слова: «Я отказываюсь от 
проповеди всех церквей; я требую молитвы за все души. Я верую в Бога».
      15 мая 1885 года Гюго, перенесший инфаркт, снова заболел. Ничто уже не 
могло его спасти, и 22 мая, в день имени Жюльетты Друэ, он скончался со 
словами: «Я вижу… темный свет». Оставалось всего четыре года до столетия 
Великой революции, возведения Эйфелевой башни, ставшей символом Парижа в 
новейшее время…
      На другой день после кончины Гюго правительство приняло решение о 
национальных похоронах. 1 июня 1885 года состоялась грандиозная церемония: в 
ночь накануне похорон более 200 тысяч парижан проходили перед катафалком, 
стоявшим под Триумфальной аркой, с которой свешивалась огромная креповая вуаль. 
Днем около двух миллионов человек выстроились вдоль пути следования катафалка с 
площади Звезды в Пантеон. По словам присутствовавшего на похоронах Мориса 
Барреса, хоронили «поэтапророка, старого человека, который своими утопиями 
заставлял трепетать сердца».
      
АЛИ СУЛЕЙМАН ХАН 
(1911–1960)
      
      Наследник Ага Хана III. Постоянный представитель Пакистана при ООН 
(1958–1962). Награжден «Военным крестом» и «Бронзовой звездой» США за участие в 
разведывательных операциях во время Второй мировой войны. 
      
      Али Хан был наследником Ага Хана III до тех пор, пока он изза страстной 
любви к гоночным автомобилям, горячим скакунам и прекрасным женщинам не лишился 
возможности стать духовным лидером 20 миллионов мусульман исмаильской секты, 
проживающих в Индии.
      Родившийся в Италии и получивший европейское образование принц Али 
Сулейман Хан унаследовал огромное состояние и быстро научился им пользоваться. 
В 1929 году, после смерти матери, Али оказался в Лондоне, куда отец отправил 
его для изучения юриспруденции. Смуглый юноша невысокого роста был экзотически 
красив и чрезвычайно энергичен. Он великолепно водил гоночные автомобили, 
прекрасно обращался с лошадьми, его постоянно окружали поклонницы. Али Хан 
участвовал в автомобильных гонках среди профессионалов в различных европейских 
странах, ездил на охоту в Африку и при этом успевал управлять своими 
многочисленными фермами по выращиванию породистых скакунов и виллами в Ирландии,
 Франции, Швейцарии и Венесуэле.
      Во время Второй мировой войны союзное командование высоко оценило его