жизнь полагался на ее редакторское чутье и острый ум. Они заключили договор, 
который для многих современных пар стал образцом для подражания: быть вместе, 
оставаясь при этом свободными. Брак и соблюдение верности исключались. Сартра 
это устраивало, поскольку этот сексуальный анархист не мог устоять перед чарами 
привлекательных и глупеньких молодых девиц. Взамен единобрачия они дали обет 
рассказывать друг другу «все», быть «откровенными».
      Распростившись с Сорбонной, Бовуар и Сартр занялись преподаванием в 
лицеях. Бовуар главным образом в Руане, Сартр – в Гавре. Именно в этот период 
они начали переписываться – привычка, оставшаяся на всю жизнь, – и вместе 
ездить за границу. Однажды в 1933 году в Лондоне Сартр потащил Бовуар на фильм 
«Синара», после чего мелькнувшая в нем фраза «я был верен тебе посвоему», 
стала их девизом.
      В 1934 году, во время учебы в Берлине, Сартр впервые воспользовался своим 
правом, влюбившись в Мари, жену одного из студентов. Во время рождественских 
каникул Сартр вернулся в Париж и рассказал Симоне о своем романе. В феврале 
Симона, взяв на работе короткий отпуск, отправилась в Берлин. Она встретилась с 
Мари и Сартром. Опасения Бовуар тут же улетучились, когда они объявили ей, что 
связь между ними временная и нисколько не угрожает отношениям Симоны с 
ЖанПолем.
      Сартр не хотел терять Бовуар. Она была ему необходима. Однако по 
прошествии первых двух лет он почувствовал, что между ними установились слишком 
уж размеренные, контролируемые отношения. Сартр начал принимать вызывающий 
галлюцинации мескалин (позже он описал свои ощущения в романе «Тошнота»), 
страстно стремясь вновь окунуться в «беспорядочную жизнь, исполненную бурной, 
неукротимой, необузданной свободы». Он исполнил свое желание, когда встретил 
жизнерадостную и капризную Ольгу Казакевич. По словам Сартра, он испытал тогда 
чувство, которое «постепенно очищало его от тривиальной скверны». Однако Ольга 
была влюблена в Бовуар, свою бывшую преподавательницу философии в Руане.
      «Когда мы впервые увидели Кастора, она показалась нам такой строгой, – 
рассказала Ольга много лет спустя. – Она была красивой, полной жизни женщиной с 
умелым макияжем».
      Впрочем, Ольга не осталась равнодушной и к обаянию Сартра, к его 
проницательному взгляду больших серых глаз и интеллекту. Когда любовь втроем 
стала явью, Бовуар перестала чувствовать себя «одним целым» с Сартром, однако 
это подхлестнуло ее к сочинению романов. В материале недостатка не было, 
поскольку Сартр рассказывал своему любимому Кастору «обо всем». Так появился 
роман «Она пришла, чтобы остаться» об извечном любовном треугольнике. 
Повествование заканчивается искусно задуманным убийством общей любовницы.
      В реальной же жизни Ольга стала первым членом «семьи» Сартра и Бовуар. 
Эта группа избранных состояла из друзей, остававшихся им верными всю жизнь. Они 
входили в этот магический круг обычно после того, как побывали в любовниках у 
когото из этой пары.
      К 1938 году Бовуар и Сартр, преподававшие в то время в Париже, 
обосновались на Монпарнасе, который хоть несколько и подрастерял былую 
популярность 1920х годов, тем не менее продолжал привлекать художников и 
писателей со всего света.
      Здесь мечты Сартра о славе стали воплощаться в реальность. Первый успех 
пришел с романом «Тошнота» (1939), который автор посвятил Симоне, а сборник 
коротких рассказов «Стена», вышедший через год, был презентован Ольге.
      Одновременно с двумя этими женщинами в жизнь Сартра вошла еще одна. Ванда 
– сестра Ольги. Он лишил ее невинности, о чем не преминул рассказать Бовуар: 
«Должно быть, я очень люблю ее, коль взялся за такую грязную работу». А со 
временем составилось новое сексуальное и эмоциональное трио, в которое вошла 
рыжеволосая еврейка Бьянка Бьененфелд. К тому же Бовуар, в свою очередь, 
закрутила роман с ЖакЛореном Бостом – одним из бывших студентов Сартра, 
который стал очередным пожизненным членом «семьи»… влюбленным в Ольгу.
      «Для меня наши отношения – нечто драгоценное, нечто, держащее в 
напряжении, в то же время светлое и легкое», – както раз призналась Симона 
Сартру.
      Воина, начавшаяся 1 сентября 1939 года, не распутала сложный любовный 
узел. 4 сентября Сартра призвали в армию. Вскоре он начал засыпать нежными 
письмами Бовуар, Бьененфелд и Ванду. Плененный женской «расой», экстремист по 
натуре, он не мог ограничиться одной из них.
      «Я так и не постиг, как положено вести сексуальную и эмоциональную жизнь. 
Я серьезно и искренне считаю себя жалким бастардом (в Западной Европе в средние 
века внебрачный сын влиятельной особы), или какимто садистом с университетским 
образованием, или отвратительным донжуаном с душой мелкого чиновника. С этим 
пора кончать», – писал Сартр, как всегда честный с Бовуар. Этого, увы, так и не 
случилось.
      «Дорогой, – писала Симона возлюбленному, – ты должен заняться разработкой 
философской системы, раз у тебя есть свободное время». И Сартр, следуя совету, 
приступает к работе. Вскоре изпод его пера вышел первый том романа «Дороги 
свободы». Затем писатель начинал работу над своим главным философским детищем 
«Бытие и небытие» и завел военный дневник. «Я всегда чувствовал, – отмечал он,
 – что цель моей жизни – писать».
      Невзирая на ежедневные послания всем своим женщинам, бесценный отпуск 
Сартр берег для Бовуар.
      «Моя несравненная любовь, – писал Сартр, – ты принесла мне 10 лет 
счастья… Ты самая совершенная, самая умная, самая лучшая и самая страстная. Ты 
не только моя жизнь, но и единственный искренний в ней человек».