на ужин, устроенный студией «XX век – Фокс» в честь советской делегации, 
которую возглавлял Никита Хрущев. На ужине присутствовали 400 самых именитых 
персон Голливуда. А сам Синатра провел половину приема рядом с Ниной Хрущевой – 
женой советского генсека. Он всегда любил политиков, обожал находиться подле 
них. Дружил с семейством Кеннеди и даже организовывал праздничный концерт в 
честь инаугурации молодого президента Джона. В этом шоу участвовали Элла 
Фицджеральд, Бэтт Девис и другие звезды первой величины. Впрочем, в Белый дом 
его больше не приглашали. Причиной стала Жаклин Кеннеди. Она знала о том, что 
ее мужа Джона и Мэрилин Монро познакомил Синатра.
      Об отношениях Синатры с Монро следует остановиться подробнее.
      Итак, Фрэнк Синатра, обозначивший для справочника «Кто есть кто» свою 
профессию как «баритон», в тридцать девять лет только что одержал крупную 
победу в жизни. Он завоевал награду академии за роль в картине «Отныне и вовеки 
веков», а также был удостоен звания «первого великого певца спален наших дней». 
В течение нескольких месяцев журнал «Тайм» называл его «одним из наиболее 
замечательных, сильных, драматических, печальных и порой откровенно пугающих 
личностей, находящихся в поле зрения публики».
      О Синатре «Тайм» также писал: «Мужчина, безусловно, внешне похож на 
общепринятый стандарт гангстера образца 1929 года. У него яркие, неистовые 
глаза, в его движениях угадываешь пружинящую сталь; он говорит сквозь зубы. Он 
одевается с супермодным блеском Джорджа Рафта – носит богатые темные рубашки и 
галстуки с белым рисунком… согласно последним данным, у него были запонки, 
примерно стоившие 30000 долларов… Он терпеть не может фотографироваться или 
появляться на людях без шляпы или иного головного убора, скрывающего 
отступающую линию волос».
      Фрэнк Синатра и Джо ДиМаджо, оба американцы первого поколения, в то время 
были самыми знаменитыми итальянцами в мире. Они оказывали финансовую поддержку 
одним и тем же питейным заведениям, включая «Тутс Шор» в НьюЙоркСити. В 1954 
году можно уже было сказать, что и судьба им обоим досталась одинаково 
несчастливая. У Синатры были определенные проблемы в его неудачном браке с 
актрисой Авой Гарднер. В Рино, еще до женитьбы, он принял чрезмерную дозу 
снотворного. Два года спустя после свадьбы он поступил в ньюйоркскую больницу 
с «несколькими порезами на предплечье». К моменту разрыва ДиМаджо с Мэрилин 
Монро отношения Синатры с Авой Гарднер были еще запутанным клубком.
      Незадолго до смерти Мэрилин Монро один репортер спросил Синатру, 
насколько хорошо тот знает ее.
      «Кого? – саркастически переспросил Синатра. – Мисс Монро? Она напоминает 
мне юную невинную девушку, с которой я ходил в старшие классы средней школы и 
которая позже стала монашкой. Это факт».
      Когда Мэрилин рассказали об этом, она ядовито заметила: «Скажите ему, 
чтобы заглянул в "Ху из Ху"».
      Согласно свидетельству фотографа Милтона Грина, впервые Мэрилин увидела 
Синатру на обеде «У Романова» в 1954 году, когда ее брак с ДиМаджо трещал по 
всем швам. Через несколько недель после встречи случился пресловутый «налет по 
ложному адресу», когда Синатра принял участие в попытке ДиМаджо разоблачить 
неверную Мэрилин.
      Второй раз Синатра встретился с Мэрилин только через шесть лет, в 1960 
году, когда распадался ее брак с Миллером и был провозглашен президентом Джон 
Кеннеди. В августе того года всю съемочную группу «Неприкаянных» Синатра 
пригласил на свой концерт в «КалНеваЛодж», неподалеку от места натурных 
съемок в Неваде. На концерт Мэрилин пришла в сопровождении Артура Миллера, 
чувствовавшего себя явно не в своей тарелке. В то время Синатра как раз 
собирался выкупить «КалНеваЛодж», представлявший собой казино и курортный 
комплекс на лесистом берегу озера Тахо. В рекламных объявлениях говорилось: 
«Небеса в горной сьерре». Но это был рай, облюбованный гангстерами.
      Прелесть этого места была в том, что пограничная линия между Калифорнией 
и Невадой проходила как раз по территории курорта, деля пополам общественные 
помещения и плавательный бассейн. Казино было разрешено только в штате Невада, 
так как калифорнийские законы запрещали азартные игры. Синатра посвоему 
устроил казино, нанял новых менеджеров. Одним был Пол Д'Амато из АтлантикСити 
по прозвищу Скинни (тощий), которого главный юрисконсульт комитета конгресса по 
расследованию политических убийств назвал однажды «гангстером из НьюДжерси». 
Его роль в «Лодже», согласно мнению того же представителя власти, состояла в 
том, чтобы защищать интересы главы чикагской мафии Сэма Джанканы.
      Джанкана был «боссом боссов» чикагского синдиката и восседал на троне, 
занимаемом когдато Аль Капоне. К 1960 году он стал заправилой целой сети 
организованной преступности, опутавшей обширные территории в Соединенных Штатах.
 Сеть эта охватывала казино и рэкет в шоубизнесе Западного побережья. После 
прихода к власти администрации Кеннеди Джанкана стал главной фигурой судебного 
преследования. Основной целью Роберта Кеннеди, министра юстиции, стало, ни 
много ни мало, уничтожение в Америке мафии. Джанкана, если бы его приперли к 
стенке, оказался бы в безнадежном положении.
      Когда связь Синатры с Джанканой вылезла наружу, «КалНеваЛодж» в глазах 
публики превратился в величайший позор Фрэнка. Как стало известно сотрудникам 
ФБР, которые подслушали с помощью тайно установленных микрофонов речь Джанканы, 
босс мафии был совладельцем «КалНевы». В 1963 году, когда документально 
установили участие Джанканы в «Лодже», Синатре пришлось уйти из бизнеса. 
Постановлением комитета по контролю за игровым бизнесом его лицензия на ведение 
такого рода дел была аннулирована.
      В число завсегдатаев названного заведения входил и зять президента Питер