оказался на грани военного конфликта. От министра иноч ' странных дел 
Советского 
Союза требовалось немало умения, сил и энергии, чтобы не допустить развития 
событий по наихудшему сценарию.    ч

"Вся внешняя политика проходила, по существу, под знаком лично" | го влияния, 
под знаком его личности, - пишет переводчик и дипломат* В. Суходрев. - Он 
исключительно твердо придерживался утвержденной по-| зиции. Он менее всего 
любил 
"перейти на запасную позицию". Громыко ] предпочитал истолковывать 
обстоятельства как не позволяющие перейти на запасную позицию, вернуться в 
Москву, доложить о том, что противоположи ная сторона не пошла на ту или иную 
договоренность, и оставить запасную -позицию для очередного раунда переговоров. 

Он очень упорно, как бульдог, цеплялся за наши позиции, отстаивал их".

Громыко был сторонником мирных отношений с США, другими стра-' нами Запада. Он 
ненавидел войну. Два его брата, Алексей и Федор, погибли, на войне. В области 
разоружения, как писал в своих воспоминаниях Громыко, СССР выдвинул более ста 
инициатив. На Западе его называли "Человек Нет". Громыко относился к этой 
характеристике добродушно. Как-то он сказал: "Мои "нет" они слышали гораздо 
реже, чем я их "ноу", ведь мы выдвигали гораздо больше предложений".

"Советская внешнеполитическая доктрина, - говорил он, - это - мирное 
существование между социализмом и капитализмом. Ленин назвал это 
"сожительством", но привилось именно это слово "существование", очевидно, как 
более благозвучное. Кстати, само слово "доктрина" у нас тоже не в ходу, мы 
говорим - "принципы мирного существования"".

Серьезным испытанием не только для советско-американских отношений, но и для 
судеб мира стал Карибский кризис 1962 года. Потребовалось немалое 
дипломатическое искусство, чтобы в сжатые сроки достигнуть компромисса. Это 
позволило отойти от чрезвычайно опасной черты, у которой человечество 
находилось 
в тот момент.

Предметом особой гордости Громыко считал подписанный 5 августа 1963 года 
Договор 
о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве 
и 
под водой, переговоры по которому тянулись с 1958 года.

К числу успехов отечественной дипломатии во главе с Громыко можно с полным 
правом отнести предотвращение широкомасштабной войны ' между Индией и 
Пакистаном 
в 1966 году из-за территориального спора о Кашмире. Семь дней подряд - с 4 по 
10 
января 1966 года - глава правительства А.Н. Косыгин вместе с А.А. Громыко 
напряженно работали в Ташкенте с руководителями Индии и Пакистана, чтобы 
достичь 
взаимоприемлемого компромисса. Результатом Ташкентской эстречи явилось 
подписание декларации, которая закрепила договоренность между Индией и 
Пакистаном прилагать все усилия для создания добрососедских отношений. После 
возвращения министр пригласил к себе мидовцев, участников переговоров, и 
сказал: 
"Эта наша общая с вами дипломатическая победа, советская дипломатия доказала 
свою способность играть роль объективного арбитра. По-

АНДРЕЙ АНДРЕЕВИЧ ГРОМЫКО

571

здравляю всех. Отказ от применения оружия для решения спорного вопроса - 
единственно правильно путь, и это мы доказали. Дипломатия - это искусство, 
причем коллективное".

К числу крупных успехов Громыко относил Договор о нераспространении ядерного 
оружия, подписанный 1 июля 1968 года. "Он [договор] показал, - говорил Громыко, 

- что с США и Англией, двумя столпами НАТО, мы можем решить важную проблему. 
После подписания в Сан-Франциско Устава ООН это была вторая по значению подпись 

под историческим документом".

Третьим по значимости своим достижением Андрей Андреевич считал соглашения, 
подписанные с США в 1972-1973 годах, особенно договоры по ПРО и ОСВ-1, а вслед 
за ними соглашение о предотвращении ядерной войны (1973).

Громыко говорил, что, если собрать документы переговорного характера, в том 
числе сотни шифротелеграмм, информации из посольств, анализ обстановки вокруг