съезда, посвященного каталонскому языку. Между 1907 и 1910 годами была 
сооружена знаменитая «бесконечная» скамья, малые отделочные операции 
продолжались до 1914 года. Уже в 1922 году, несмотря на сопротивление ряда 
членов муниципалитета, возражавших против «бесполезной» затеи, Парк Гуэль был 
приобретен городом.
      Парк Гуэль – уникальное произведение архитектуры, сразу же признанное 
произведением «чистого» искусства и ставшее центром туристского интереса, что 
требует весьма интенсивных усилий по его поддержанию ввиду наплыва массы 
посетителей.
      Последней завершенной работой Гауди стал дом Мила (1906–1910) – наиболее 
безукоризненная с точки зрения художественного вкуса сегодняшнего дня. 
Безусловная странность этого сооружения в глазах современников, не имевших 
образца для сравнения, отразилась в не лишенном иронического оттенка названии 
дома, закрепившемся среди барселонцев: Ла Педрера – «Каменоломня».
      Облик дома Мила навязывает ассоциацию с какимто сложным скальным 
образованием, и потому «расшифровкой» образа для «Каменоломни», которым якобы 
вдохновлялся Гауди, занимались едва ли не с начала строительства. Называют и 
утесы поблизости от родного селения архитектора, и горы в районе СантФелиу де 
Кодинес, и скалы в русле потока Перейс на севере острова Мальорка. Выраставший 
на улице Грасиа дом вызывал вполне естественный интерес барселонцев, обрастал 
множеством анекдотов и карикатур. Важно отметить, что, как всегда у Гауди, 
иррациональность формального решения сугубо иллюзорна и дом Мила – совершенно 
рационалистическое сооружение.
      Для «Каменоломни» был создан макет в масштабе 1:10 – после сооружения 
подвальных помещений дома. На этом макете Бельтран, следуя указаниям Гауди, 
прорабатывал все выступы и запады волнистой поверхности фасада. Затем макет был 
распилен на части, которые распределили по соответствующим точкам строительной 
площадки так, чтобы каменщики имели образ результата перед глазами. Чертежи 
деталей делались в натуральную величину, и когда Каналета пожаловался на то, 
что не может достать до конца, даже растянувшись на листе, Гауди распорядился 
выпилить в щите отверстие, в котором чертежник мог работать, поворачиваясь во 
все стороны.
      При возведении фасада дома Мила размеры брались непосредственно с макета. 
Наибольшему по высоте выступу каждой секции соответствовала натянутая 
вертикальная проволока, и от нее можно было отсчитывать волнистый вертикальный 
контур.
      Заслуга Гауди заключается в том, что он сумел извлечь из природного 
окружения и ввести в мир архитектуры ряд форм, мимо которых проходили поколения 
зодчих. Гауди обратил особое внимание на гиперболические параболоиды и их 
сечения, гиперболоиды и геликоиды. Образование этих форм достаточно 
незамысловато – проще их наименований. Гауди избрал именно эти пространственные 
формы в качестве основных «кирпичей» своей геометрии архитектурного 
формообразования. Мастер не мог использовать абстрагированные формы в чистом 
виде, поэтомуто, заимствовав у природы геометрический принцип, он затем 
покрывал его естественным декором. Так, на фасаде Рождества храма Саграда 
Фамилиа, колокольни которого представляют собой правильные параболоиды, 
тщательно воспроизведено более ста видов животных и столько же растений. Это 
«простое» воспроизведение природы, «незамысловатое» подражание ей стали 
фактически подлинной революцией в архитектуре, осуществленной одним человеком – 
без манифестов и лозунгов.
      Возведение храма Святого Семейства, называемого также храмом Отпущения 
грехов, было начато без участия Гауди и будет закончено без его участия, 
являясь в то же время его «опера магна» – главным произведением. Идея создания 
храма исходила не из церковных кругов – ее выдвинул Хосе Мариа Бокабелья, 
лавочник и книжник в одном лице.
      В 1876 году идея видоизменилась, и проект нового храма был заказан 
архитектору Франциско Вильяру, позже ставшему директором Школы архитектуры. В 
это время молодой Антонио Гауди работал у Вильяра чертежником, что оказалось 
немаловажным.
      Ввиду непрерывных разногласий Вильяр подал в отставку, совет предложил 
Марторелю возглавить работы, но Марторель счел это для себя неудобным и 
предложил поручить руководство строительством своему молодому помощнику – 
Антонио Гауди. Приняв руководство строительством 3 ноября 1883 года, Гауди не 
оставлял его вплоть до самой смерти.
      С самого начала архитектор сожалел, что главная ось храма оказалась 
проложенной по диагонали участка, но был вынужден к этому приспособиться. 
Первые внесенные им изменения были минимальны: изменилась форма капителей 
колонн запроектированной Вильяром крипты, высота арок была увеличена до десяти 
метров, лестницы перенесены в крылья вместо предполагавшегося фронтального их 
размещения, а вокруг крипты устроен приямок для освещения и вентиляции 
помещений.
      По мере развития творческой личности архитектора развивался и проект 
Саграда Фамилиа. Между 1892 и 1917 годами создавались все новые эскизы для 
фасада, названного Страстным, а в 1906 году впервые был опубликован набросок 
всего храмового комплекса. Между 1898 и 1925 годами мастер разработал 
последовательно четыре варианта конструктивного решения нефов.
      Башни фасада Рождества возводились постепенно. Строительство первой было 
завершено в 1918 году, а венец ее колокольни – в январе 1926 года. Это 
единственная завершенная деталь храма, которую мастер успел увидеть воплощенной 
в натуре.