водевиль и оперетту, он переходит к новым жанрам, неизмеримо более трудным, - к 

драме и комедии.

В 1888 г. Станиславский образовал Общество искусства и литературы, которое в 
дальнейшем существовало на его деньги. Одной из основных целей
Общества была постановка любительских спектаклей. В том же году состоялась 
премьера - на суд публики был представлен "Скупой рыцарь" Пушкина.
Станиславский играл в нем барона. Рецензии были не просто одобрительными, но 
восторженными - многих поразило неподдельное мастерство исполнителя главной 
роли. "До появления "Скупого рыцаря" на сцене бывшего
Пушкинского театра, - писал рецензент "Новостей дня" Кичеев, - я не знал,
кто этот г. Станиславский; когда занавес опустился, для меня было ясно, что
Станиславский - прекрасный актер, вдумчивый, работающий и очень способный на 
сильно драматические роли". Через три дня Станиславский еще
раз удивил зрителей, играя главную роль в драме "Горькая судьбина" Писемского. 
Затем идут роли Дон Гуана в "Каменном госте" Пушкина и маклера
Обновленского в пьесе "Рубль" Федотова. Солидные газеты, освещавшие жизнь
профессиональной сцены, опять откликаются на эти спектакли, которые, по
общему мнению, далеко выходят за рамки любительского. "Театр и жизнь"
констатировал: "Невозможно было передать тип Обновленского лучше, чем
передал его г-н Станиславский. Игра была так естественна, так чужда шаржа
и недомыслия, так цельно было произведенное им на зрителя впечатление". В
самом деле, Станиславский был покоряюще прост и ошеломляюще разнообразен в 
бытовых и комедийных ролях. Роли трагедийно-романтические давались ему хуже. 
Поэтому одну за другой он ставит спектакли современных
авторов, отдавая предпочтение Островскому и Писемскому. "Общество" стало
для Станиславского главным делом жизни. Здесь он познакомился со своей
будущей женой - Марией Перевощиковой. В феврале 1888 г. они вместе
играли "Баловня", а в июле 1889 г. уже состоялась их свадьба.

Современники вскоре открыли в Станиславском не только актерский, но
и большой режиссерский талант. В ту пору режиссер еще далеко не играл при
постановке спектаклей той выдающейся роли, какую стал играть позже, после
Станиславского. Главенствовали в театре большие актеры, совершенно 
самостоятельно решавшие свои роли; режиссер властвовал лишь над скромными
"вторыми сюжетами" и статистами в массовых сценах и совершенно не старался 
создать общую гамму спектакля. Да, собственно, никакой общей гаммы
и не было: декорации часто не сочетались с костюмами, костюмы не 
согласовывались 
между собой, каждый актер действовал на сцене по своему разумению или по указке 

"первых сюжетов". Однако в конце столетия ненормальность такого положения вещей 

стала ощущаться во всем мире. Появилась
новая драматургия Ибсена, Гауптмана, Толстого, затем - Чехова. Для ее 
воплощения 
требовалось "согласие всех вещей", необходим был единый сценический замысел, 
который отсутствовал даже в самом блистательном "актерском" спектакле. В России 

первым это понял Станиславский.

В 1891 г. он ставит "Плоды просвещения" Толстого. Уже в этой работе
проявилось одно из главных положений его будущей системы - он старается
устранить из спектакля всякую театральную условность и добивается максимального 

реализма. "Я стал ненавидеть в театре театр, - вспоминал Станис
530



лавский, - и стал искать в нем живой, подлинной жизни". Приступая к 
какой-нибудь 
постановке, Станиславский, уже имея сложившееся представление обо всей пьесе и 
о 
месте в ней каждого персонажа, упорно добивался от
актеров именно той игры, которую он для них наметил. (С этой целью к
каждому спектаклю он писал подробнейшую партитуру, в которой пьеса разбивалась 
на множество тщательно разработанных фрагментов, намечался весь
ход действия, интонации, жесты, характеры, расстановка предметов, определялось, 

кто и откуда должен выходить и т. д. и т. п.) Занимаясь с каждым
актером, Станиславский подсказывал жесты и характерные интонации. При
этом он был требователен до деспотизма. Актерами в его труппе могли быть
только те, кто полностью принимал и разделял позицию режиссера и готов
был вынести вместе с ним огромный труд создания спектакля. Один из членов
Общества Попов вспоминал позже: "Репетиции начинались поздно вечером.
Почти все члены труппы днем были заняты кто своими торговыми и фабричными 
делами, кто уроками, репетиторством... Солидные купцы, фабриканты,
чиновники сходились и съезжались на эти репетиции как на священнодействие, чем