приступить" все законы. Герой романа Достоевского "Бесы" Кириллов заявляет: 
"Если Бога нет, то я -- Бог". В том же романе социалист-теоретик Шигалев 
докладывает на собрании кружка революционеров, что он "запутался в
собственных данных" и его заключение оказалось "в прямом противоречии с
первоначальной идеей". "Выходя из безграничной свободы, - говорит Шигалев, - я 
заканчиваю безграничным деспотизмом". О самой этой теории
сообщает походя другой участник заседания: "Он (Шигалев) предлагает, в
виде конечного разрешения вопроса, - разделение человечества на две неравные 
части. Одна десятая доля получает свободу личности и безграничное
право над остальными девятью десятыми. Те же должны потерять личность
и обратиться вроде как в стадо и при безграничном повиновении достигнуть
рядом перерождений первобытной невинности, вроде как бы первобытного
рая, хотя, впрочем, и будут работать". Далее следует ироническое замечание
о том, что "меры, предлагаемые автором для отнятия у девяти десятых 
человечества 
воли и переделки его в стадо, посредством перевоспитания целых
поколений, - весьма замечательны, основаны на естественных данных и
очень логичны".

Противостоять дегуманизации общества, по глубокому убеждению Достоевского, 
возможно лишь одним способом - приняв благодатное учение Христа. Но западная 
цивилизация, утратившая детскую веру в Бога, уже не способна к этому. (Вслед за 

Герценом Достоевский развивал мысль о том, что
"весь западный мир идет в мещанство", что мещанство как раз и есть тот
идеал, "к которому стремится и подымается Европа со всех точек дна...")
Только русский народ, который "безмерно выше, благороднее, честнее и
наивнее" европейцев с их "дохлым католицизмом и глупо противоречащим
себе самому лютеранством" способен к чуду обновления. Отсюда шла вера
Достоевского в мессианское призвание России - "объединить все народы у
подножия Креста". "Всему миру готовится великое обновление через русскую мысль 
(которая плотно связана с православием...), - писал он в письме к Майкову, - и 
это совершится в какое-нибудь столетие - вот моя страстная вера". И в другом 
месте: "Назначение русского человека есть, бесспорно, всеевропейское и 
всемирное... Россия призвана изречь окончательное
слово великой всеобщей гармонии братского окончательного согласия всех
племен по Христову закону..."

В середине 60-х гг. жизнь Достоевского была полна драматических событий. В 1864 

г. один за другим умерли близкие ему люди - сначала жена, а

ФЕДОР ДОСТОЕВСКИЙ 375

потом старший брат. Вслед за тем последовал крах его журнала - он прекратил 
существование в июне 1865 г. Достоевский был окончательно разорен, и
ему грозила долговая тюрьма. Чтобы хоть как-то поправить свои дела, он
продал книгоиздателю Стелловскому права издания всех своих сочинений в
трех томах и обязался к 1 ноября 1866 г. написать новый роман. В договоре
было указано, что в случае, если рукопись не будет вручена к сроку, все 
существующие и будущие романы Достоевского становятся на ближайшие девять
дет исключительной собственностью Стелловского. За этот кабальный договор 
Достоевский должен был получить всего 3000 рублей, но не получил даже
их - Стелловский расплатился с ним скупленными по дешевке векселями
"Эпохи".

Достоевский решил уехать из Петербурга за границу, чтобы здесь, вдали от
дел, кредиторов и полиции, сосредоточиться на писании романа. Но страсть к
игре не давала ему покоя. За пять дней в Висбадене он проиграл на рулетке
все, что имел, вплоть до карманных часов. Некоторое время, не имея никаких
средств, он чуть ли не из милости жил в каком-то третьесортном отеле, хозяин
которого всеми способами выражал ему свое презрение. "Рано утром мне
объявили в отеле, - писал Достоевский в письме к Сусловой, - что мне не
приказано давать ни обеда, ни чая, ни кофею..." В этих условиях он начал
писать свой величайший роман "Преступление и наказание", первая часть
которого вышла в январской 1866 г. книжке "Русского вестника". Едва появившись 
в 
печати, роман вызвал множество восторженных откликов - даже
недоброжелатели Достоевского признавали "Преступление и наказание" одним из 
величайших творений русской литературы.

В октябре, когда до установленного Стелловским срока оставался всего
месяц, Достоевский был принужден прервать работу над "Преступлением и
наказанием" ради "Игрока". Чтобы ускорить написание книги, он попросил
найти ему стенографистку. Известный преподаватель стенографии Ольхин
прислал Достоевскому свою способнейшую ученицу, двадцатилетнюю Анну
Григорьевну Сниткину. Но даже с ее помощью Достоевский имел очень мало
надежды исполнить кабальный договор и в первое время сильно нервничал.
Однако по мере того, как работа продвигалась, он успокаивался. К тому же
роман выходил удачным, и Достоевский все более увлекался им. Работая по