| |
583
может случиться, завтра снова дадут): вот вам чай, вот вам кофе. "Нет, говорю,
мне только телефон нужен спецсвязи". И по прямому проводу звоню Язову,
докладываю ситуацию. "Не может быть, - говорит Язов. - Перезвони мне через
пятнадцать минут". Через пятнадцать минут уже совсем другим тоном он мне
говорит: "Я вас очень прошу, поезжайте к Архипову, это он самолет вернул, он
вас
ждет в три часа, вы обо всем договоритесь". А я разгоряченный был и почему-то
заорал на Язова: "Мне с Архиповым не о чем говорить". И трубку брякнул. И тут
же
испугался: я же на министра обороны наорал. И со страху прямо с аэродрома
поехал
к Лукьянову".
Архипов был начальником тыла Вооруженных Сил СССР, то есть Министерств обороны
и
внутренних дел и КГБ, поэтому он подчинялся не только Язову, но и лично
Горбачеву.
"Лукьянов сказал мне следующее. Когда он первый раз пытался поговорить с
Горбачевым по поводу моей миссии, Горбачев его не принял, но дал команду
Архипову самолет с миссией в Германию не пускать. Когда же я примчался с
аэродрома к Лукьянову, он сказал: "Я, конечно, слишком крупнокалиберная
артиллерия, но я включаюсь". И пошел на прямой разговор с Горбачевым. Тот ему
сказал: "Толя, ты в это дело не лезь, я сам с этими германскими делами
разберусь. А этого мудака Якубовского надо убрать куда-нибудь". Это сейчас
только Лукьянов признался, что имел такой разговор с Горбачевым. А тогда он
просто сообщил мне: "Дмитрий, вы попали на периферию крупной политической игры.
Вы должны исчезнуть, причем совершенно".
Прошло совсем немного времени, и я понял, почему наш самолет вернули, и
сообразил, какая опасность мне угрожала. Дело в том, что вскоре Горбачев
подписал с немцами соглашение, и по нему мы не 30, и даже не 20 миллиардов
марок
от них получали за оставляемую собственность, а лишь 13 миллиардов. Горбачев
был
лично заинтересован в том, чтобы эти деньги мы не затребовали с немцев.
Любопытно, что, по сведениям А. И. Лукьянова, наша страна не получила и этих
денег. В одном интервью бывший спикер парламента сообщил: "Горбачев отдал
собственность, которая стоит тридцать миллиардов марок, а получил взамен
кредиты
на восемь миллиардов марок". Кредиты, добавлю, полагается не только брать, но
позже и возвращать..."
В числе "полезных знакомых" Якубовского был, в частности, председатель
государственной ассоциации "Агрохим", бывший министр минеральных удобрений Н.М.
Ольшанский. За месяц до описываемых событий Якубовский оказал ему услугу по,
так
сказать, адвокатской линии. И вот, узнав о переплете, в какой попал Якубовский,
тот ему предложил поехать в Базель, где у "Агро-хима" была открыта дочерняя
швейцарская фирма "Ферсам". Уезжая, точнее убегая из страны, Дмитрий Якубовский
никак не думал, что в ближайшее время в Россию вернется. Крах коммунистического
режима и крах Горбачева предвидеть было невозможно.
Кстати, именно Якубовский познакомил Николая Ольшанского с Борисом Бирштейном.
Мало кто понимал Дмитрия Якубовского, всеми силами рвущегося в Россию. На
нынешний взгляд, живет в достатке, красавица жена, канадка, кото-. рая уж точно
постоянно жить в России не будет, за границей родившаяся дочь... После путча
1991 года, а особенно после ухода Горбачева с президентского поста, Якубовский
понял, что час настал Сначала через верных ему людей в МВД и прокуратуре
прощупал, не заведено ли какое-нибудь дело, нет ли санкции на арест .. Ему
ответили: нет.
584
100 ВЕЛИКИХ АВАНТЮРИСТОВ
А тут подвернулся удобный случай. Позвонил генерал армии Константин Кобец,
который после разгрома путча был в фаворе, стал советником Ельцина и сколачивал
вокруг себя команду инициативных, молодых сотрудников. О Якубовском он вспомнил
потому, что тот в свое время ощутимо помог ему в проведении избирательной
кампании. "Я могу приехать только под вашу личную гарантию", - ответил ему
Якубовский. "Что тебе нужно?" - "Мне нужно, чтобы вы лично прилетели в Цюрих,
взяли меня за руку и привезли в Москву". Ничего себе просьба! А знаете, что
ответил Кобец? "Вылетаю", - ответил он. И вылетел.
7 марта 1992 года в сопровождении генерала армии Кобеца Дмитрий Якубовский
|
|
