тысяч долларов, а Моргана - в сговоре с Уокером и Потребовал от обоих в 
качестве 
возмещения ущерба кругленькую сумму в 1 миллиард долларов.
В конце концов Гаррисон и Морган спасовали перед стальной волей "коммодора", 
признав незаконность сделок с Уокером, а Вандербильд, в свою
328

100 ВЕЛИКИХ АВАНТЮРИСТОВ

очередь, за 56 тысяч долларов отступных ежемесячно обещал не конкурировать с 
трансокеанской трассой в Панаме.

Между тем положение Уокера продолжало ухудшаться. 1 марта 1856 года Гватемала, 
Коста-Рика, Гондурас и Сальвадор объявили о начале военных действий против 
Уокера. Характерно, что правительства этих стран объявили войну именно Уокеру, 
рассматривая его как пирата и узурпатора власти, а не правительству Никарагуа. 
Общая численность армии союзников достигла 10 тысяч. Правительство Коста-Рики, 
возглавляемое Хуаном Рафаэлем Морой, обратилось к Англии с просьбой 
предоставить 
оружие. Лондон отреагировал немедленно, и необходимое оружие (несколько пушек, 
2 
тысячи ружей, боеприпасы) было направленр в Коста-Рику.

В этих условиях Уокеру как воздух была необходима поддержка. Надо сказать, что 
он не питал особых иллюзий в отношении английской позиции и был враждебно 
настроен к деятельности английских дипломатов в Центральной Америке. Уокер 
возлагал надежды только на соотечественников - на Пьера Суле и американского 
консула в Никарагуа Джона Уилера.

Еще в апреле 1856 года, когда госсекретарь США У. Мэрси отказался принять 
посланника Уокера полковника П. Френча, тот обратился к Суле за содействием. 28 

апреля в Новом Орлеане по инициативе Суле был организован многолюдный митинг в 
поддержку экспедиции Уокера. Активно защищал его бывший посол в Мадриде и на 
съезде демократической партии в Цинциннати. В одной из резолюций съезда прямо 
выражалась симпатия американского народа к "попыткам, предпринимаемым 
центральноамериканскими народами (имелось в виду правительство Риваса) для 
возрождения той части континента, которая расположена на подступах к 
межокеанскому каналу".

В августе 1865 года вместе с очередным подкреплением для Уокера П. Суле 
отправился в Никарагуа. В течение двух недель он вел с руководителем 
флибустьеров конфиденциальные переговоры, имевшие, как признавал сам Уокер, 
"очень важное значение".

Не без влияния этих бесед Уокер пошел на решительный шаг - восстановление 
рабства в Центральной Америке, которое было отменено еще в 1824 году. Этим 
актом 
Уокер, в глубине души мечтавший о воссоздании военного центральноамериканского 
объединенного государства, во главе которого он видел себя, надеялся привлечь 
на 
свою сторону влиятельных политиков американского Юга. "Закон о рабстве - ядро 
моей политики, - писал он. - Без него американцы могли бы играть в Центральной 
Америке лишь роль преторианской гвардии, подобной римской, или же роль янычаров 

на Востоке - роли, к которым они плохо подготовлены в силу... традиций своей 
расы".

В целях "ускорения колонизации" Суле передал Уокеру полмиллиона долларов, 
собранных в США.

Ревностным сторонником Уокера, полностью разделявшим его планы, был и Д. Уилер. 

"Шум машин и грохот повозок янки на здешних улицах, - доносил он в 
госдепартамент, - возвестили гражданам Никарагуа, что праздность должна 
уступить 
место предприимчивости, невежество - науке, а анархия и революции - закону и 
порядку".

Уилер был убежденным сторонником теории "предопределения судьбы" и 
превосходства 
белой расы. Едва прибыв в декабре 1854 года в Никарагуа, американский консул 
безапелляционно заявил, что "центральноамериканская раса неопровержимо 
доказала... полную неспособность к самоуправлению".

Буквально за неделю до высадки флибустьеров Уокера в Реалехо Уилер подписал с 
правительством Никарагуа договор о дружбе и торговле. Это не

УИЛЬЯМ УОКЕР