Ибаны были разбиты и ограблены, но не покорены. Брук понимал, что походы против 

них можно продолжать до бесконечности, но они все равно не сдадутся. Тогда Брук 

решил построить укрепления в устьях всех рек, на которых жили ибаны, и посадить 

в каждую из крепостей гарнизон малайцев во главе с начальником из числа молодых 

английских добровольцев Крепости должны были препятствовать выходу в море прау 
ибанов и не пропускать торговцев, которые захотели бы подняться к ибанам с моря.
 
Из всех продуктов внешнего мира ибаны больше всего нуждались в соли. Если 
перехватывать соль, ибаны должны будут покориться. Так Брук установил блокаду 
побережья Саравака.

ДЖЕЙМС БРУК

313

Брук в письмах в Англию доказывал своим союзникам и недругам, что эта идея 
исходила не от него, а от самих местных жителей: "Здесь все в один голос 
требуют, чтобы ими управляли европейцы. И они получат европейцев, если я смогу 
это организовать".
Брук сообщал в Англию, что его молодые офицеры жертвовали всем, охраняя мирное 
побережье от пиратов, за что сами же пираты приносили им дары рисом и бананами 
Это, однако, было неправдой. Не говоря уж о дани, которой были обложены 
окрестные племена и значительная часть которой шла комендантам крепостей, они 
тайно получали еще и жалованье от самого Брука. Узнали об этом лишь через много 

лет после смерти Брука, когда стали доступными его бухгалтерские книги. О 
содержании бухгалтерских книг известно очень немногим ученым, зато легенда о 
"бескорыстных цивилизаторах", придуманная Бруком, жива и по сей день.
Резкая критика в Англии варварских методов Брука, к которой присоединились и 
многие его бывшие соратники, все же привела к тому, что Бруку пришлось сложить 
с 
себя звания губернатора Лабуана и генерального консула. Более того, приехала 
комиссия для расследования деятельности белого раджи. Хотя она и оправдала его 
(не оправдать Брука значило обвинить само правительство), но признала его не 
более чем вассалом брунейского султана и поставила на вид английскому военному 
флоту то, что он во время резни ибанов участвовал в бою наравне с союзниками 
Брука.
Брук был подавлен неблагодарностью родины. Позиции его в самом Брунее 
пошатнулись: многие малайские вожди справедливо усмотрели в приезде комиссии и 
отказе Брука от почетных постов признак его ослабления. У них появилась надежда,
 
что белый раджа в конце концов оставит их в покое.
Но среди родственников, привлеченных славой Брука и поселившихся в Кучинге, был 

племянник Брука - Чарльз Энтони Джонсон, из династических соображений взявший 
фамилию дяди и известный в истории Саравака как Чарльз Брук. Этот Чарльз был 
прирожденным авантюристом.
В 1853 году Джеймс Брук привел войска из Кучинга и вместе с племянником повел 
их 
против Рентапа - того самого вождя ибанов, который нанес первое поражение 
белому 
радже. Бой не привел к победе, и Джеймс Брук, потеряв надежду победить Рентапа, 

хотел начать переговоры. Вот тут впервые показал себя Чарльз. "Я недолюбливаю 
деспотизм, - объяснил он свой отказ от переговоров, - но и терпимость по 
отношению к даякам должна иметь границы. Они ведь как дети: доброта и 
жестокость 
должны быть неразделимы в обращении с этим народом".
На следующий год более сильная экспедиция смогла взять приступом дом Рентапа, 
вождь даяков был ранен, но успел уйти в горы.
Сидя в одиночестве в крепости, Чарльз придумал лозунг, которому и решил 
следовать: "Только даяк может убить даяка". Целый год он разрабатывал новую 
тактику, набирал и обучал современному бою отряды. Пробный поход Должен был 
состояться против ибанов, которые совсем недавно пришли из внутренних областей 
острова и еще не сталкивались с европейцами.
Чарльз добился того, чего не смог сделать Джеймс: даяки убивали даяков, и 
Руководил этим англичанин.
О Чарльзе и его "подвигах" было известно каждому в Сараваке и Бру-Нее Молодой 
раджа не собирался бороться со слухами. Он предпочитал оыть ужасом всего 
острова, понимая, что такая слава здесь - половина победы.
В погоне за прибылью раджа Джеймс поощрял прибытие в Саравак китайских кули, 
которые работали в шахтах и исправно платили налоги. К 1857 году
314

100 ВЕЛИКИХ АВАНТЮРИСТОВ