и в довершение всего - будто она из семьи польского еврея. Очевидно, что какая-
то из четырех перечисленных версий была лишней. Однако Екатерину II ни одна из 
них явно не устраивала. Судя по поведению императрицы, она была чем-то 
взволнована и даже встревожена. Вскоре, правда, она обрела некоторое 
успокоение: 
оказалось, что самозванка была совсем плоха. Ее то и дело трясло в лихорадке. 
Участилось кровохарканье. И 26 октября 1775 года князь Голицын сообщил 
Екатерине, что состояние арестантки плачевно: "Врач, что пользует ее, опасается,
 
что долго она не протянет". И действительно, в один из декабрьских дней 1775 
года, призвав к себе католического священника, она испустила дух. "Отъявленная 
негодяйка, присвоившая себе высокий титул и происхождение, близкое к ее 
высочеству, - писал Голицын, - 3 декабря испустила дух, так ни в чем не 
сознавшись и никого не выдав".
Так кто же она была, эта таинственная авантюристка и самозванка? А может, она, 
как сама утверждала, действительно была дочерью Елизаветы?
Известно, что Екатерина II запретила проводить какое-либо дознание, могущее 
изобличить княжну. Царица ни разу официально не оспорила ее притязания. 
Екатерине хотелось лишь одного - скорее покончить с этим делом. "Довольно 
примечательно, - писал историк Шалемель-Лакур, - что никто так и не попытался 
опровергнуть широко распространенное мнение о том, что у императрицы Елизаветы 
была дочь, или доказать, что она умерла, или, по крайней мере, узнать, что с 
нею 
сталось". Спустя восемь лет после смерти узницы Петропавловской крепости посол 
Франции в России маркиз де Врак, по просьбе одного из парижских кредиторов 
бывшей княжны Волдомир, собрал в Санкт-Петербурге кое-какие сведения о ней. 
Посол изложил их в депеше, которая ныне хранится в архивах Французского 
министерства иностранных дел. В этой депеше де Врак выражал свою убежденность в 

том, что "она действительно была дочерью Елизаветы и Разумовского". После 
долгих 
кропотливых исследований, подкрепленных красноречивыми документами, историк 
Шарль де Ларивьер также пришел к выводу о том, что княжна вполне могла быть 
дочерью императрицы Елизаветы.
Тем не менее та, которая, возможно, была внучкой Петра Великого, нашла свою 
смерть в крепостном каземате.
Авантюристка попала в историю как княжна Тараканова, хотя никогда этим именем 
не 
пользовалась и, возможно, даже не подозревала о существовании такой фамилии. 
Под 
этим именем известна еще одна княжна, якобы действительно, рожденная от 
морганатического брака императрицы Елизаветы с фа-Фом А.Г. Разумовским по имени 

Августа (Тимофеевна). По повелению Екатерины II она была привезена в Ивановский 

монастырь и пострижена под именем Досифеи. Княжна Тараканова прожила здесь до 
самой смерти в 1810 году. Еще одна загадка. Так или иначе, но нашу авантюристку 

стали тоже называть княжной Таракановой.
226

100 ВЕЛИКИХ АВАНТЮРИСТОВ

ШАРЛЬ-ЖЕНЕВЬЕВА Д'ЭОН ДЕ БОМОН

227

А затем и принцесса Волдомир превратилась в принцессу Владимирскую П Мельников 
в 
своей книге "Княжна Тараканова и принцесса Владимире-г кая" (Спб, 1868) счел 
фамилию Волдомирская равнозначной Владимирская! и, без всяких на то оснований, 
стал именовать ее Владимирской Происхож-| дение же княжны "Волдомир" - плод 
буйной фантазии Азовской принцессы Не более

Шарль-Женевьева Д'Эон де Бомон

(1728 - 1810)

Французский авантюрист Дипломат, капитан драгунов, тайный агент

Людовика XV Переодевшись в женское платье, прибыл в Россию с особым

заданием (1755) Добился расположения русской императрицы Елизаветы

Петровны и сыграл большую роль в заключении договора между Россией и

Францией Участвовал в Семилетней воине Написал исторические и

статистические заметки о России