актив в виде акций «Американской спички» и другого имущества, вполне 
достаточный, чтобы они могли продержаться при условии, если банки не потребуют 
покрытия задолженности. Но, как вам, вероятно, известно, акции сейчас падают и 
банки остро нуждаются в наличных средствах. Необходимо принять срочные меры. 
Досконально обсудив создавшееся положение, мы единодушно пришли к выводу, что 
полученные вами ссуды — это та статья актива, которая может быть наиболее 
быстро реализована банками. Мистер Шрайхарт, мистер Мэррил, мистер Хэнд и я до 
последней минуты делали все возможное, чтобы предотвратить катастрофу, но 
теперь нам стало известно, что кто-то, получив в заклад от Хэлла и Стэкпола 
акции «Американской спички», усиленно выбрасывает их на рынок с целью посеять 
панику. У нас есть средства оградить себя от повторения подобных трюков (тут 
мистер Арнил посмотрел в упор на Каупервуда), но в настоящую минуту нам 
требуются наличные средства, а ссуды, полученные вами, — наиболее крупные и 
легко реализуемые из всех. Считаете ли вы возможным погасить их не позднее 
завтрашнего утра?

Арнил умолк, не сводя тяжелого взгляда с Каупервуда, и только слегка помаргивал 
своими колючими голубыми глазками, а все прочие дельцы, словно стая голодных 
волков, в полной тишине пожирали глазами свою жертву, с виду еще жизнеспособную,
 но уже явно обреченную на заклание. Каупервуд, отчетливо сознавая, какой 
ненавистью и враждой он здесь окружен, бесстрашно оглянулся кругом. Он держал в 
руках свою соломенную шляпу и небрежно похлопывал ею по колену. Кончики его 
усов задорно и надменно топорщились.

— Да, я могу погасить свои ссуды, — не задумываясь, отвечал он. — Однако не 
советую ни вам, ни кому-либо из присутствующих требовать, чтобы я их сейчас 
погасил. — В голосе его, невзирая на беспечный тон, каким сказаны были эти 
слова, прозвучали угрожающие нотки.

— А почему, собственно, разрешите узнать? — спросил Хэнд, грузно поворачиваясь 
на стуле и мрачно глядя на Каупервуда из-под насупленных бровей. — Вы, думается 
мне, сослужили не очень-то хорошую службу Хэллу и Стэкполу? — Лицо его 
побагровело.

— А потому, — сказал Каупервуд, улыбаясь и словно не замечая намека на его 
бесчестный трюк, — а потому, что я знаю, зачем созвано это совещание. Все эти 
джентльмены, которые сидят, словно воды в рот набрав, — просто пешки в ваших 
руках, мистер Хэнд, и в ваших, мистер Арнил, мистер Шрайхарт и мистер Мэррил. Я 
знаю, как вы спекулировали на акциях «Американской спички» и сколько вы на этом 
потеряли. А теперь, чтобы спасти себя от дальнейших потерь, вы решили принести 
меня в жертву. Так вот, имейте в виду, — тут Каупервуд поднялся, и его статная 
фигура теперь возвышалась над всеми, — вам это не удастся. Я не стану таскать 
для вас каштаны из огня, и сколько бы вы ни созывали своих приспешников на 
совещания, вам меня к этому не принудить. Хотите знать, что делать? Я вам скажу.
 Закройте завтра с утра чикагскую биржу и держите ее под замком в течение 
нескольких дней. Предоставьте Хэлла и Стэкпола их судьбе или поддержите их, у 
вас четверых хватит на это средств. А нет, так хватит у ваших банков. Но если 
завтра хоть одна из взятых мною ссуд будет востребована, прежде чем я пожелаю 
оплатить ее, я выпотрошу все банки в Чикаго. Вот тогда у вас действительно 
будет паника, такая, какая вам и не снилась. Всего наилучшего, джентльмены.

Каупервуд вынул из жилетного кармана часы, взглянул на них и быстро направился 
к двери, надевая на ходу шляпу. Он уже легко сбегал по широкой лестнице, 
предшествуемый лакеем, спешившим вниз, чтобы распахнуть перед ним парадную 
дверь, когда в зале мгновенное оцепенение сменилось взволнованными, негодующими 
возгласами.

— Мошенник! — снова и снова гневно восклицал Нори Симс, возмущенный брошенным 
им в лицо вызовом.

— Негодяй! — вторил ему мистер Блэкмен. — Где он награбил денег, чтобы так с 
нами разговаривать?

Мистер Арнил тоже был до глубины души потрясен беспримерной наглостью 
Каупервуда! Однако сдержанная ярость последнего заставила его насторожиться: он 
чутьем понимал, что тут следует действовать осмотрительно.

— Джентльмены, — сказал он, — я думаю, что нам следует решать этот вопрос с 
большим хладнокровием. Мистер Каупервуд, по-видимому, имеет в виду какие-то 
ссуды, которые могут быть востребованы по его указанию и о которых мне лично 
ничего неизвестно. Прежде чем что-либо предпринимать, надо узнать, в чем тут 
дело. Может быть, кто-нибудь из вас сообщит нам дополнительные сведения?

Но никто ничего толком не знал, и, еще раз обсудив положение, все пришли к 
выводу, что следует соблюдать осторожность. Ссуды, полученные Фрэнком 
Алджерноном Каупервудом, востребованы не были.



50. НЬЮ-ЙОРКСКИЙ ДВОРЕЦ