| |
;
В ужасе с трона он прянул и громко вскричал, да над ним бы
Лона земли не разверз Посейдон, потрясающий землю,
И жилищ бы его не открыл и бессмертным и смертным,
Мрачных, ужасных, которых трепещут и самые боги. {65}
Так взволновалося всё, как бессмертные к брани сошлися!
Против царя Посейдаона, мощного Энносигея,
Стал Аполлон длиннокудрый, носящий крылатые стрелы;
Против Арея - с очами лазурными дева Паллада;
Противу Геры пошла златолукая ловли богиня, {70}
Гордая меткостью стрел Артемида, сестра Аполлона;
Против Леты стоял благодетельный Гермес крылатый;
Против Гефеста - поток быстроводный, глубокопучинный,
Ксанфом от вечных богов нареченный, от смертных - Скамандром.
Так устремлялися боги противу богов. Ахиллес же, {75}
Гектора только бы встретить, пылал в толпы погрузиться;
Сердце его беспредельно горело Приамова сына
Кровью насытить Арея, убийством несытого воя.
Но Аполлон, возжигатель народа, героя Энея
Против Пелида подвигнул, наполнивши мужеством душу. {80}
Голос и образ приняв Ликаона, Приамова сына,
К сыну Анхиза предстал и вещал Аполлон дальновержец;
"Где же угрозы твои, Анхизид, предводитель дарданцев?
Или не ты в Илионе, с царями за чашей пируя,
Гордо грозился, что с сыном Пелеевым станешь на битву? " {85}
Быстро ему возражая, воскликнул Эней предводитель:
"Что ты меня, Приамид, против воли моей принуждаешь
С сыном Пелеевым, гордым могучестью, боем сражаться?
Ныне не в первый бы раз быстроногому сыну Пелея
Противостал я: меня он и прежде копьем Пелиасом {90}
С Иды согнал, как нечаян нагрянул на пажити наши;
Он разорил и Педас и Лирнесс. Но меня Олимпиец
Спас, возбудивши во мне и силы, и быстрые иоги;
Верно, я пал бы от рук Ахиллеса и мощной Паллады,
Всюду предтекший ему, подавшей совет и могучесть {95}
Медным копьем побивать крепкодушных троян и лелегов.
Нет, никогда человек с Ахиллесом не может сражаться:
С ним божество неотступно, и гибель оно отражает.
Дрот из руки Ахиллесовой прямо летит и не слабнет
Прежде, чем крови врага не напьется. Но, если бессмертный {100}
В битве присудит нам равный конец, не легко и Энея
Он одолеет, хотя и гордится, что весь он из меди!"
Сыну Анхизову вновь провещал Аполлон дальновержец:
"Храбрый! почто ж и тебе не молиться богам вековечным,
Столько ж могущим! И ты, говорят, громовержца Зевеса {105}
Дщерью Кипридой рожден, а Пелид сей - богинею низшей:
Та от Зевеса исходит, Фетида - от старца морского.
Стань на него с некрушимою медью; отнюдь не смущайся,
Встретясь с Пелидом, ни шумною речью, ни гордой угрозой!"
Рек - и бесстрашного духа исполнил владыку народов: {110}
Он устремился вперед, ополченный сверкающей медью.
Но не укрылся герой от лилейнораменныя Геры,
Против Пелеева сына идущий сквозь толпища ратных.
Быстро созвавши богов, златотронная Гера вещала:
"Царь Посейдон и Афина Паллада, размыслите, боги, {115}
Разумом вашим размыслите, что из деяний сих будет?
Видите ль, гордый Эней, ополченный сияющей медью,
Против Пелида идет: наустил его Феб стреловержец.
Должно немедленно, боги, отсюда обратно отвлечь нам
Сына Анхизова: или единый из нас да предстанет {120}
Сыну Пелея и силой исполнит, да в крепости духа
Он не скудеет и чувствует сам, что его, браноносца,
Любят сильнейшие боги; а те, что издавна доныне
Трои сынам поборают в сей брани жестокой,- бессильны!
Все мы оставили небо, желая присутствовать сами {125}
В брани, да он от троян ничего не претерпит сегодня;
После претерпит он всё, что ему непреклонная Участь
С первого дня, как рождался от матери, выпряла с нитью.
Если того из глагола богов Ахиллес не познает,
Он устрашится, когда на него кто-нибудь от бессмертных {130}
Станет в сражении: боги ужасны, явившиесь взорам".
Гере немедля ответствовал мощный земли колебатель:
"Так безрассудно свирепствовать, Гера, тебя недостойно!
Я не желаю бессмертных сводить на неравную битву,
Нас и других здесь присутственных; мы их могуществом выше. {135}
Лучше, когда, совокупно сошед мы с пути боевого,
Сядем на холме подзорном, а брань человекам оста
|
|