трокла омыть от запекшейся крови и праха.    {345} 
Мужи сосуд омовений, поставив на светлое пламя, 
Налили полный водою и дров на огонь подложили; 
Дно у тренога огонь обхватил, согревалася влага. 
И когда закипевшая в звонкой меди зашумела, - 
Тело омыли водой, умастили светлым елеем,    {350} 
Язвы наполнили мастью драгой, девятигодовою; 
После, на одр положив, полотном его тонким покрыли 
С ног до главы и сверху одели покровом блестящим. 
Целую ночь потом вкруг Пелида царя мирмидонцы, 
Стоя толпой, о Патрокле крушились, стеня и рыдая.    {355} 

   Зевс на Олимпе воззвал к златотронной сестре и супруге: 
"Сделала ты, что могла, волоокая, гордая Гера! 
В брань подняла быстроногого сына Пелеева. Верно, 
Родоначальница ты кудреглавых народов Эллады". 

   Быстро воззвала к нему волоокая Гера царица:    {360} 
"Мрачный Кронион! какие слова ты, могучий, вещаешь? 
Как? человек человеку свободно злодействовать может, 
Тот, который и смертен и столько советами скуден. 
Я ж, которая здесь почитаюсь богиней верховной, 
Славой сугубой горжусь, что меня и сестрой и супругой    {365} 
Ты нарицаешь,- ты, над бессмертными всеми царящий,- 
Я не должна, на троян раздраженная, бед устроять им?" 

   Так божества олимпийские между собою вещали. 
Тою порою Фетида достигла Гефестова дома, 
Звездных, нетленных чертогов, прекраснейших среди Олимпа,    {370} 
Кои из меди блистательной создал себе хромоногий. 
Бога, покрытого потом, находит в трудах, пред мехами 
Быстро вращавшегось: двадцать треножников вдруг он работал, 
В утварь поставить к стене своего благолепного дома. 
Он под подножием их золотые колеса устроил,    {375} 
Сами б собою они приближалися к сонму бессмертных, 
Сами б собою и в дом возвращалися, взорам на диво. 
В сем они виде окончены были; одних не приделал 
Хитроизмышленных ручек: готовил, и гвозди ковал к ним. 
Тою порою, как их он по замыслам творческим делал,    {380} 
В дом его тихо вошла среброногая мать Ахиллеса. 
Вышла, увидев ее, под покровом блестящим Харита, 
Прелестей полная, бога хромого супруга младая; 
За руку с лаской взяла, говорила и так вопрошала: 
"Что ты, Фетида, покровом закрытая, в дом наш приходишь,    {385} 
Милая нам и почтенная? редко ты нас посещаешь. 
Но войди ты в чертог, да тебя угощу я, богиню". 

   Так произнесши, Харита во внутренность вводит Фетиду. 
Там сажает богиню на троне серебряногвоздном, 
Пышном, изящно украшенном, с легкой подножной скамьею.    {390} 
После голосом громким Гефеста художника кличет: 
"Выди, Гефест, до тебя у Фетиды Нереевой просьба". 

   Ей немедля ответствовал славный Гефест хромоногий: 
"Мощная в доме моем и почтенная вечно богиня! 
Ею мне жизнь спасена, как страдал я, заброшенный с неба    {395} 
Волею матери Геры: бесстыдная скрыть захотела 
Сына хромого. Тогда потерпел бы я горе на сердце, 
Если б Фетида меня с Эвриномой не приняли в недра, 
Дщери младые катящегось вкруг Океана седого. 
Там украшения разные девять годов я ковал им,    {400} 
Кольца витые, застежки, уборы волос, ожерелья, 
В мрачной глубокой пещере; кругом Океан предо мною 
Пенный, ревущий бежал, неизмеримый; там ни единый 
Житель меня олимпийский, ни муж земнородный не ведал; 
Только Фетида с сестрой Эвриномою, спасшие жизнь мне.    {405} 
Ныне мой дом посетила бессмертная; должен отдать я 
Долг за спасение жизни прекрасноволосой Фетиде. 
Чествуй, супруга моя, угощением пышным Фетиду; 
Я не замедлю, меха соберу и другие снаряды". 

   Рек - и от наковальни великан закоптелый поднялся    {410} 
И, хромоногий, медлительно двигал увечные ноги: 
Снял от горна меха и снаряды, какими работал, 
Собрал все и вложил в красивый ларец среброковный; 
Губкою влажною вытер лицо и могучие руки, 
Выю дебелую, жилистый тыл и косматые перси;    {415} 
Ризой оделся и, толстым жезлом подпираяся, в двери 
Вышел хромая; прислужницы, под руки взявши владыку, 
Шли золотые, живым подобные девам прекрасным, 
Кои исполнены разумом, силу имеют и голос, 
И которых бессмертные знанию дел изучили.    {420} 
Сбоку владыки они поспешали, а он, колыхаясь, 
К месту прибрел, где Фетида сидела