цы приспособили дома для обороны, их оттуда не сразу 
выкуришь. Толстостенные, многоэтажные, а вон оттуда, с верхних этажей, - 
показал Костров рукою на громоздкий дом, - стреляют даже из орудий. 

- Блокировать нельзя? 

- Пытались, - сокрушенно проговорил Костров. - Но у них тактика строгого 
взаимодействия. Нам приходится отбиваться сразу от двух атак, направленных с 
разных сторон... 

Генерал в задумчивости сжал губы, и было видно, как помимо его воли 
подергивается левая щека. Он позвал Кострова в машину, и вдвоем они, 
подсвечивая мигающим фонариком карту, соображали, как наступать дальше. 

- По Франкфуртер-аллее я пущу в бой другое подразделение. Вас же усилю 
дивизионом тяжелых гаубиц. Те дома, в которых гарнизоны особенно ожесточенно 
сопротивляются и не складывают оружие, надо разрушать. - И, пообещав сразу же 
прислать сюда саперного офицера с зарядами тротила, предостерег: - Только 
учтите, перед тем как рвать, проверьте, нет ли в каком доме детей, женщин, 
стариков. Хоть и немцы, а все равно... люди! 

Шмелев еще напомнил, чтобы поторапливались закладывать заряды: на рассвете 
может последовать атака с немецкой стороны... 

Он впрыгнул в кабину и не успел закрыть дверцу, как "виллис" крутнул со двора. 

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ 

Всю ночь устанавливали тротиловые заряды. Военный инженер майор Дичаров, 
прибывший с вечера с группой саперов, привез несколько ящиков подрывных зарядов 
и железных коробок мин. 

- Принимайте гостинцы. От Шмелева, - сказал инженер. 

- Принимаем, - заулыбался Костров и посмотрел на вылезшего следом за майором 
тощего парня в немецкой форме. Вид у парня был мучительно усталый и какой-то 
истерзанный. 

- Это немецкий товарищ, переводчик, - пояснил инженер. 

- Очень приятно" - сказал Костров, подавая руку. 

Немец пристукнул каблуками, но руку побоялся перехватить и ответно пожать: 
продолжал стоять, как перед генералом. 

Не мешкая, инженер занялся подсчетом потребного количества взрывчатых веществ 
для здания с орудиями, которое решено было разрушить раньше всего. Алексей 
Костров захотел обследовать здание и смежные с ним дома, опасаясь, не прячутся 
ли там жители. Переводчик был ему весьма кстати. Вместе с саперами подполковник 
Костров намерился скрытно вдоль ограды подобраться к дому. И пока собирались к 
вылазке, Костров успел перекинуться с переводчиком двумя-тремя фразами, которые 
для обоих много значили. 

Узкоплечего, с обветренным и словно высушенным лицом переводчика-фельдфебеля 
звали Вилли Штрекером. Он служил в батальоне особого назначения, которым 
командовал майор Гофман. Где Гофман? О, целая история! Их батальон из Берлина 
был послан на Украину, стоял в Полтаве, затем кончились для него веселые 
денечки, когда попал в самое пекло войны - в горящий Сталинград. 

- Вы были в Сталинграде? - удивился Костров, освещая лицо переводчика фонарем. 

- Русский офицер тоже... Сталинград? Ах, поганая война! - Переводчик провел 
рукой по лицу, дотрагиваясь до красного вздувшегося рубца, пролегшего от щеки к 
подбородку. 

- Воевали друг против друга, а теперь вместе? - снова изумляясь, переспросил 
Костров. 

- Да, теперь вместе... Фантастично! Будем искать Гитлера. 

- Надоел? 

- Не понимаю, что значит "надоел"?.. А-а, плохой, плохой... Понятно, - говорил 
Вилли, прицокивая языком, и вне всякой связи заговорил о себе: - О-о, русские - 
карашо! Я понял... Лагерь Красногорск... Фантастично! Давай запись комитет 
"Свободная Германия" и опять давай фатерланд, чтоб кончать войну. Напросился 
добровольно! Переводчик. 

- Значит, с прошлым порвал? 

- Да, да, - закивал головой Вилли. - Я никогда не был нацистом и не разделяю их 
убеждений. 

Будоражная стояла ночь. То там, то здесь слышались ухающие тяжелые взрывы, или 
откуда-либо подспудно брался стучать пулемет, вслед ему хлопки гранат. И всю 
ночь напролет Берлин не переставал гореть; зарево стояло вполнеба, а тут, 
вблизи, то и дело оживлялись, сердито шипя, огни, видимо, попадали на что-то 
легко воспламеняемое. Ночью становилось холоднее, зато дым и гарь не спадали, 
отчего щекотало и саднило в горле. 

- Перебегать к дому не скопом и оружие держать наготове, предупредил Костров. 

Они подкрадывались к дому, перебегая поодиночке.