рь мы – хозяева в воздухе!
      Командующий воздушной армией сообщил мне о подготовке в начале февраля к 
НижнеСилезской операции. Ставилась задача окружить Бреслау, крупный город и 
промышленный центр. Исходя из этого, боевые действия нашей дивизии должны 
переместиться севернее. Базирование полков в Ченстохове изза большого 
расстояния от предполагаемого района действий не позволяли эффективно 
использовать истребителей в предстоящей операции. Надо было немедленно искать 
аэродромы ближе к Одеру. По разведкарте я выбрал аэродром с бетонной полосой 
Альтдорф, в районе небольшого городка Крейцбурга и решил лично его осмотреть.
      Под вечер, после окончания патрулирования наших групп над плацдармом, я 
выехал на Альтдорф. В сумерках мы не встретили ни одной автомашины. Подъехали к 
асфальтированной дороге. Поперек нее и вправо хорошо видны следы на глине от 
проезжавших автомашин. Влево, куда лежал наш путь, асфальт был чистый.
      – Василь, поворачивай влево, – посмотрев на карту, говорю своему шоферу, 
бывалому старшине, ранее возившему Красовского.
      – Товарищ командир, нельзя туда. Асфальт, как зеркало, нет следов от 
машин. Видимо, дорога заминирована. Взорвемся!
      Доводы веские, но и плутать сейчас, в сумерках, искать в лесу село 
Альтдорф, времени нет. А скоро наступит темнота. Между тем дорога ведет к 
нужному нам населенному пункту. Еще раз осмотрел полотно асфальта – ничего 
подозрительного.
      – Рискнем, Василь! Бог не выдаст – свинья не съест. Поехали!
      Вскоре дорога пошла через лес. Он закрыл обзор. Чувствуешь себя 
напряженно. Поворот вправо – и перед нами в полсотне метров на дороге и сбоку 
ее показалась большая группа немецких солдат, с автоматами и пулеметами.
      – Василь, полный газ! Жми! – крикнул я водителю, а сам пытаюсь вытащить 
пистолет из кобуры под меховыми летными брюками.
      Немцы расступились на дороге, и мы пронеслись в двух метрах от них. Жду 
автоматные очереди в спину… Через сто метров поворот дороги вправо, и группа 
противника осталась позади, скрытая сосенками.
      – Счастливая у нас машина, – промолвил наконец водитель. Он вытер пот со 
лба, потянулся к фляге с водой. А сам ни на секунду не ослаблял внимания, следя 
за дорогой.
      «Почему они не стреляли? Приняли за своих, не успели разглядеть…» – думал 
я. Да, счастливо ушли от смертельной опасности.
      Через несколько километров въехали в Альтдорф. Он словно вымер. Ни одной 
живой души. В окнах не видно света. Вскоре в одном из домов заметили тускло 
мерцающее окно. Из трубы шел дым.
      – Василь, подъезжай к дому. Ктото там есть.
      Наученный горьким опытом, я засунул пистолет под ремень брюк и вошел в 
дом. У печурки сидел старый немец.
      – Добрый вечер! – произнес я понемецки. От моего голоса старик в испуге 
вскочил и стал по стойке «смирно». Стараюсь выяснить местонахождение аэродрома. 
Использую весь запас немецких слов. С трудом поняв меня, старик показал рукой в 
сторону, чтото стал объяснять. Чтобы не плутать в темноте, я попросил его 
сесть в машину, провести нас.
      Немного проехав по лесу, мы оказались на аэродроме. С первого взгляда он 
разочаровал меня – никакой бетонной полосы не было. Грунтовое летное поле. На 
краю его, у леса, лежало несколько обгоревших «фоккеров», сожженных, видимо, 
при отступлении.
      – Товарищ командир, не надо ездить по летному полю. Может, оно 
заминировано, – взмолился шофер.
      – Поехали вдоль полосы, а потом по стоянкам! – настоял я на своем. После 
пережитого на дороге казалось, что все страшное позади. Осмотрели летное поле. 
Потом подвезли старика к дому. Надо возвращаться. Выехали на шоссе, ведущее в 
Ченстохов.
      – Василь, держи скорость! Если наскочим на коголибо, то она нас спасет. 
Жми, но только не загони мотор, а то придется ночевать в этих лесах.
      В час ночи добрались до дивизии. Поездка была рискованной, но крайне 
необходимой. Начальнику штаба Абрамовичу я дал подробные указания: с утра 
направить передовые команды аэродромного батальона, подготовить полки и штаб 
дивизии к перебазированию в Альтдорф. Предупредил о блуждающих группах 
противника.
      Проспал до рассвета как убитый и утром выехал на КП. По пути решил снова 
заехать на аэродром, чтобы еще раз рассмотреть его в светлое время. Дальше мы 
поехали по дороге, на которой произошла встреча с гитлеровцами. Увидели три 
сожженные грузовые автомашины, убитых и полураздетых бойцов. Повидимому, они 
наткнулись на эту группу после нас…
      – Не повезло нашим солдатам, Василь!
      – Вот видите, товарищ полковник, и мы могли так же лежать убитыми изза 
вашего несогласия с моими советами, – грустно проговорил Василий, объезжая 
убитых.
      – Да, Василь! Видимо, нас спасла здесь, как и в воздушных боях, скорость. 
Мы так внезапно выскочили, так быстро проскочили, что от неожиданности они 
ничего не поняли.
      Через несколько дней полки начали боевую работу с аэродрома Альтдорф. 
Первой вылетела с него группа Дольникова. Патрулируя четверкой над переправами 
через Одер, Дольников получил предупреждение с пункта наведения:
      – С югозапада на подходе группа противника. Не допускайте ее к 
переправам!
      Вскоре летчики группы обнаружили идущую на них шестерку «ФоккеВульф190».
 Дольников приказал второй паре набрать высоту, а своей пошел в лобовую атаку. 
Противник не принял ее и стал уходить вверх. Дольников успел обстрелять 
ведущего и сбил его. Второго «фоккера» подожгла находившаяся выше пара Синютина.

      В ходе боя Дольников расстрелял еще одного «фоккера». Остальные вражеские 
истребители поспешно, форсируя моторы, вышли из боя, ушли со