удовлетворение. Именно эти чувства продиктовали нанесение удара в Карпатах 
вопреки его оперативной нецелесообразности. 

Как известно, к тому времени Ставкой были предприняты меры с целью 
использования благоприятно сложившейся в ходе июльско-августовского наступления 
1-го Украинского фронта обстановки для удара в глубокий тыл группы армий "Южная 
Украина". 

Первым таким мероприятием было создание нового фронта - 4-го Украинского. Оно 
было вызвано тем, что в ходе операции 1-го Украинского фронта в его полосе, 
кроме основного - западного, выделилось еще одно самостоятельное операционное 
направление - через перевалы Карпатского хребта на Венгерскую равнину. 
Командование и штаб нашего фронта не могли успешно руководить боевыми 
действиями на расходящихся направлениях одновременно. Поэтому задача продолжать 
наступление через Карпатский хребет, захватить и прочно удерживать перевалы в 
направлениях Гуменне, Ужгород, Мукачево с последующим выходом на Венгерскую 
равнину была возложена на вновь созданный 4-й Украинский фронт. 

В его состав вошли две армии, переданные из 1-го Украинского фронта, - 1-я 
гвардейская под командованием генерал-полковника А. А. Гречко, 18-я 
(командующий генерал-лейтенант Е. П. Журавлев), а также 8-я воздушная армия 
(командующий генерал-лейтенант авиации В. Н. Жданов). Командующим фронтом был 
назначен генерал-полковник И. Е. Петров, членом Военного совета 
генерал-полковник Л. З. Мехлис, начальником штаба - генерал-лейтенант Ф. К. 
Корженевич. Выполняя директиву Ставки, войска 4-го Украинского фронта медленно 
продвигались вперед по покрытым лесами предгорьям Карпат. 6 августа 1-я 
гвардейская армия штурмом овладела последним по счету областным центром Украины 
- Дрогобычем. На следующий день был освобожден центр нефтедобычи - г. Борислав. 


15 августа Ставка разрешила 4-му Украинскому фронту временно перейти к обороне 
с целью подтянуть тылы, пополнить войска, непрерывно наступавшие уже более 
месяца, и подготовить их к действиям в горно-лесистой местности. Новое 
наступление намечалось на 28 августа. Но за два дня до этого оно было отменено. 


Дело в том, что в ходе наступления войска нашего фронта глубоко обошли фланг 
группы армий "Южная Украина", находившейся на территории Советской Молдавии и 
Румынии. В этом Ставка Верховного Главнокомандования, внимательно следившая за 
Львовско-Сандомирской наступательной операцией, увидела новые возможности для 
разгрома указанной вражеской группировки. 20 августа в наступление против 
группы армий "Южная Украина" перешли войска 2-го и 3-го Украинских фронтов. На 
пятый день операции они окружили, а затем и ликвидировали основную массу 
немецко-фашистских войск в районе Кишинева и Ясс. Это вновь резко изменило 
обстановку. Войска 2-го Украинского фронта получили возможность выйти на 
Венгерскую равнину с юго-востока и в дальнейшем действовать в обход 
Чехословакии с юга. 

Таким образом, отпала необходимость нанесения фронтального удара значительными 
силами с целью преодоления Карпат. Выгоднее было наступать в западном 
направлении, обходя горный массив Карпат с севера, разгромить там 
немецко-фашистские войска и перенести боевые действия на территорию Германии, а 
против высокогорных районов Чехословакии выставить заслоны войск. 

И все же Советское правительство, Ставка Верховного Главнокомандования приняли 
решение наступать через Карпаты, невыгодное в военном отношении, но необходимое 
политически. Верные ленинским принципам пролетарского интернационализма и своей 
высокой освободительной миссии, советский народ и его Красная Армия бескорыстно 
протягивали руку помощи народам Чехословакии. Так возник замысел 
Карпатско-Дуклинской наступательной операции наших войск первого шага в 
освободительной миссии Красной Армии в Чехословакии. 

Вернемся к прерванному рассказу о беседе с И. С. Коневым. Ивана Степановича 
соединили с Москвой, и я слушал, как он докладывал Верховному 
Главнокомандующему о своем решении возложить проведение операции на ставшую 
левофланговой 38-ю армию. 

- В ближайшие дни, - говорил он, - армия будет пополнена личным составом, 
вооружением и другими материальными ресурсами, усилена танковым и кавалерийским 
корпусами, а также артиллерийской дивизией прорыва и через восемь-десять дней 
подготовки будет готова к наступательной операции. 

По характеру дальнейшего разговора я понял, что И. В. Сталин не был 
удовлетворен этим сроком и напомнил о необходимости оказать помощь восстанию 
как можно скорее. Верховный потребовал начать наступление через пять, максимум 
через шесть суток. Затем он одобрил предложение И. С. Конева о нанесении 
вспомогательного удара из района г. Санок силами одного из стрелковых корпусов 
4-го Украинского фронта, и пообещал дать соответствующее распоряжение. Просьба 
передать нам 1-й Чехословацкий армейский корпус, находившийся тогда в составе 
4-го Украинского фронта, также была удовлетворена.