наступление и отрезая пути отхода противника из Львова на юго-запад, ударом 
двух стрелковых дивизий с юга и юго-запада во взаимодействии с 60-й армией 
овладеть Львовом. На рубеж Городок, Николаев мы должны были выйти к исходу 
пятого дня операции. 

Ознакомившись с директивой фронта, я не мог не увидеть, что устанавливаемые ею 
темпы наступления для пехоты значительно превышали возможности войск. Городок 
находился в 160 км, а Николаев в 140 км по прямой от исходного рубежа для 
наступления. Достичь его на пятый день операции могли лишь небольшие подвижные 
группы на механической тяге, имевшиеся в составе армии. 

Это подтвердилось, когда мы 10 июля на картах и ящике с песком отрабатывали все 
детали предстоящей операции. В тот день я собрал у нас в штабе руководящий 
состав 38-й армии, ее корпусов, дивизий и приданных частей, а также 4-й 
танковой армии, которая должна была вводиться в прорыв в нашей полосе. 

На занятиях присутствовал командующий фронтом. Выслушав наши доклады и решения, 
он отметил, что удовлетворен ими. Маршал И. С. Конев также подчеркнул в своем 
выступлении, что они соответствуют его указаниям, данным при разборе 
зимне-весенних операций войск фронта. Командующий фронтом дал ряд указаний по 
проведению этой операции. После тщательного анализа он согласился уменьшить 
темпы наступления. 

Впоследствии, много лет спустя, из воспоминаний К. В. Крайнюкова я узнал, что 
этот вопрос возникал и в Москве при рассмотрении представленного И. С. Коневым 
плана Львовско-Сандомирской операции. Тогда "Ставка и Генштаб обратили внимание 
Военного совета фронта на то, что запланированные темпы наступательной операции 
(30-35 км в сутки) для пехоты завышены и нереальны"{247}. Далее К. В. Крайнюков 
отмечает: "Впоследствии мы убедились, что это замечание было вполне 
справедливо"{248}. 

Итак, подготовка операции подходила к концу. 11 июля войскам армии был отдан 
боевой приказ на наступление. Срок готовности - к 21 часу 13 июля. 

Принятое мною решение предусматривало прорыв обороны противника силами всех 
трех стрелковых корпусов. В первом эшелоне должны были действовать четыре 
стрелковые дивизии, во втором - пять. Свертывание обороны противника на 
юго-запад и юг возлагалось на 52-й стрелковый корпус. Одновременно с его ударом 
главные силы армии должны были продолжать безостановочное наступление в 
направлении Зборов, Поморжаны, Перемышляны, Городок. 

Войскам приказывалось к исходу первого дня операции прорвать тактическую зону 
обороны противника на глубину до 20 км и выйти на рубеж населенных пунктов 
Славна, Травотлоки, Конюхы, Козова. На следующее утро наступающим корпусам 
предстояло обеспечить ввод в прорыв 4-й танковой армии с рубежа Славна, 
Травотлоки. Используя ее успех в преодолении тыловых рубежей по рекам Золотая 
Липа и Гнилая Липа, стрелковые войска к исходу третьего дня должны были 
прорвать оборону на глубину до 65 км и, выйдя на линию Подъяркув, Стоки, Новые 
Стрелища, Беньковка, обойти Львов с юга. 

Оперативное построение армии было определено в один эшелон: впереди стрелковые 
корпуса в одну линию и в резерве одна стрелковая дивизия. Имелась, конечно, 
возможность строить армию и по-другому: два корпуса в первом эшелоне и один - 
во втором. Но нельзя было не учитывать, что их командирам требовалось времени 
на ввод в бой стрелковых дивизий из второго эшелона меньше, чем армии, и это 
улучшало условия для наращивания удара с целью безостановочного движения в 
глубину. Кроме того, при таком оперативном построении армии командирам корпусов 
предоставлялось больше творческой инициативы, и их роль в бою резко повышалась. 


Что же касается боевого порядка соединений, то и он имел два эшелона. В первом 
из них 101-й и 52-й стрелковые корпуса - по две стрелковые дивизии, во втором - 
одну, а дивизия соответственно - по два и по одному полку. Лишь расположенный в 
центре 67-й стрелковый корпус был построен в три эшелона. Все его дивизии 
заняли исходное положение в затылок одна другой. Такой боевой порядок, 
эшелонированный в глубину, соответствовал указаниям командующего фронтом об 
обеспечении прорыва глубоко эшелонированной обороны и непрерывности атаки. 

Для прорыва обороны противника и стремительного наступления силы 38-й армии 
сосредоточились с расчетом создания решительного превосходства на участке 
прорыва, находившемся у нас на правом фланге. Его протяженность по фронту 
составляла 8,6 км, или меньше четверти всей полосы наступления армии. Но на нем 
было сосредоточено свыше 70% стрелковых дивизий, артиллерии и минометов, все 
имевшиеся танки и самоходно-артиллерийские установки. Здесь для участия в 
артиллерийской подготовке привлекались также артиллерия и минометы 4-й танковой 
армии и даже часть сил 1-й гвардейской армии, которая должна была перейти в 
наступление сутки спустя. Для сравнения отмечу, что в то же время на 
левофланговом 14-километровом участке мы оставили всего лишь один стрелковый 
полк.