оказались разбросаны и связаны, войска первых трех Украинских фронтов перешли в 
наступление всеми силами одновременно. Это была вершина блестяще 
осуществленного единого замысла по разгрому и изгнанию противника из пределов 
Правобережной Украины и выходу к западным и юго-западным государственным 
границам. 

И вот теперь Ставка Верховного Главнокомандования решила проверенный на 
практике группой фронтов метод последовательного нанесения ударов применить в 
масштабах всего советско-германского фронта в летне-осенней кампании 1944 г. 
План кампании разрабатывался заблаговременно, в период весенних боев. 

12 апреля Государственный Комитет Обороны признал крайне невыгодным для нас 
начертание линии фронта на смоленско-минском направлении. Там, севернее р. 
Припять, на территории Белоруссии, образовался выступ, который вдавался в нашу 
сторону. Он представлял собой основу вражеской обороны и ограничивал действия 
наших войск на флангах. Удерживая этот "белорусский балкон", как называло его 
немецко-фашистское командование, оно прикрывало прямые пути к Берлину с востока 
и обеспечивало более устойчивое положение своих войск в Прибалтике и Западной 
Украине. 

Чтобы создать необходимые условия для наступления Красной Армии, нужно было 
прежде всего срезать этот выступ. Кроме того, здесь, в полосе Западного фронта, 
вражеские войска были ближе всего к Москве. 

Ставка Верховного Главнокомандования в связи с этим приняла решение о 
необходимости разгрома белорусской группировки противника. Так определилось 
направление главного удара. Для дезориентации врага Ставка решила 
демонстрировать ложное сосредоточение войск северо-восточнее Кишинева в полосе 
3-го Украинского фронта, а в то же время скрытно провести перегруппировку для 
создания решающего превосходства в силах и средствах на центральном участке 
советско-германского фронта. 

К концу мая план наступления Красной Армии в 1944 г. окончательно сложился. Оно 
должно было начаться на Карельском перешейке. Затем планировалось нанести 
главный удар в кампании, осуществляемый на первом этапе силами 1-го 
Прибалтийского и трех Белорусских фронтов, а на втором - также и войсками 2-го 
и 3-го Прибалтийских фронтов с севера, а левого крыла 1-го Белорусского фронта 
и 1-го Украинского фронта - с юга. Полоса наступления расширялась от Чудского 
озера до Карпат. 

II 

Войска нашего фронта должны были разгромить группу армий "Северная Украина". 
План операции, в котором исключался удар на Станиславском направлении, был 
утвержден на заседании Ставки. 

Вкратце рассказав об этом заседании, И. С. Конев также сказал мне, что принял 
решение наступать на рава-русском направлении силами двух общевойсковых - 3-й 
гвардейской и 13-й, одной танковой армий и конно-механизированной группы, а на 
львовском нанести войсками 60-й, нашей 38-й, двух танковых армий, 
конно-механизированной группы, а также 5-й гвардейской армии генерала А. С. 
Жадова, находившейся во втором эшелоне фронта. 

Признаться, я был в недоумении. 

- 38-я - на Львов с востока? 

Иван Степанович объяснил: 38-я армия рокируется в район к северо-западу от 
Тернополя, откуда она и будет наступать на Львов в составе главной ударной 
группировки фронта. Теперь все было ясно, но легче от этого не стало. Ведь нам 
предстояло не более и не менее как передвинуться на 170-200 км к северу с 
переправой через Днестр почти всей армии. Но командующий фронтом "утешил" меня: 
одновременно должны были перегруппироваться в соответствии с новым замыслом 
операции и почти все другие армии. 

Дело в том, что по окончании весенних военных действий основная группировка 
фронта оказалась к югу от Тернополя. Там находилась большая часть войск 60-й, 
1-я гвардейская, 38-я, 18-я общевойсковые и все три танковые армии. 

Следовательно, для осуществления плана предстоящей наступательной операции 
потребовалось произвести крупные перемещения, а именно: 

3-я гвардейская армия должна была уплотнить свои боевые порядки. 
Высвободившуюся таким образом часть ее полосы слева предстояло занять 13-й 
армии. В свою очередь она передавала небольшой участок фронта своему левому 
соседу - 60-й армии, которой было приказано рокировать туда семь дивизий. Часть 
полосы, ранее занятой ими, отводилась нашей 38-й армии, а остальную ее часть и 
всю прежнюю полосу 38-й армии вместе с 18-м гвардейским стрелковым корпусом в 
составе четырех дивизий должна была принять 1-я гвардейская армия. Таким 
образом, ей, как и 13-й армии, полосы увеличивались, а остальным трем армиям -