Чтобы конкретно представить себе деятельность И. Е. Петрова на этом посту, я 
разыскал одного из его сослуживцев по 33-й армии, человека близкого к Петрову и 
широко осведомленного. Сейчас Илларион Авксентьевич Толконюк генерал-лейтенант 
в отставке. После войны мы с ним встречались не раз, я бывал в тех округах, где 
он занимал должности начальника штаба и заместителя командующего.

Илларион Авксентьевич крепок, плечист, немного располнел и поседел, но энергия 
и подвижность сохранились в нем по сей день. Оперативная работа, несомненно, 
накладывает на человека свой отпечаток, а Толконюк всю войну прошел начальником 
оперативного отдела армии. Кто работал в штабах, знает, какая это ответственная,
 беспокойная и суматошная должность.

Илларион Авксентьевич еще до войны начинал писать стихи, и вот после увольнения 
из армии, на покое, опять занялся поэзией, да не просто так – для себя, у него 
вышло несколько сборников стихов. Поэтому и творческие дела нас сводили не раз. 
Но, работая над главой о пребывании Петрова в 33-й армии, я специально навестил 
генерала Толконюка и стал его расспрашивать. Как бывает у людей, много лет 
прослуживших в армии, у нас оказалось немало общих знакомых, а это всегда 
сближает собеседников.

– Где находилась Тридцать третья армия и какие бои она вела ко дню назначения 
Петрова? – задал я первый вопрос.

– В то время мы вели трудное наступление на Витебск, армия понесла большие 
потери еще в предыдущих боях и, обессиленная, успеха не имела. Командующий 
армией генерал-полковник Василий Николаевич Гордов до назначения в нашу армию 
командовал Сталинградским фронтом. Когда мы узнали о прибытии Петрова – тоже 
бывшего командующего фронтом, Северо-Кавказским, офицеры даже пошучивали: «Наша 
армия вроде штрафной». Гордов не был виноват в неудачах, постигших Тридцать 
третью армию. За последние месяцы она начинала несколько операций, но все они 
не имели успеха, потому что готовились наспех, без достаточного обеспечения 
артиллерией, боеприпасами.

– Кто входил в руководство армии?

– Член Военного совета у нас был генерал Бабийчук Роман Павлович – старый 
опытный политработник. Начальник штаба генерал Киносян Степан Ильич. Начальник 
разведотдела полковник Ермашкевич Борис Кириллович.

– Я знал Киносяна, Степан Ильич служил после войны вместе с Петровым в 
Туркестанском округе, был начальником штаба. А Ермашкевича встречал в 
Прикарпатском военном округе и в штабе Сухопутных войск… Так что обоих хорошо 
знаю. А как выглядел Петров, когда прибыл к вам?

– Это был статный, представительный человек в пенсне. Одет он был в новую 
генеральскую шинель, папаху. Правда, на следующий же день после приезда он 
сменил эту новую шинель на свою старую кожаную куртку, в которой его видели в 
боях на Кавказе. Держался Иван Ефимович спокойно, никаких признаков горечи 
после снятия и понижения в звании. Сразу же занялся работой, стал знакомиться с 
обстановкой, с командирами соединений.

Раньше я генерала Петрова лично не знал и поначалу старался понять его характер,
 требования и подход к делу. Первое знакомство началось с того, что новый 
командующий попросил подробно доложить ему о положении и состоянии войск армии, 
с оценкой ее боевых возможностей. Я докладывал в присутствии начальника штаба и 
члена Военного совета, с которыми он беседовал еще до моего прихода. Петров 
слушал внимательно, не перебивал. Затем высказал несколько своих соображений о 
работе штаба, потребовал от оперативного отдела, чтобы он не занимался излишней 
опекой и не подменял подчиненные штабы. Его требования во многом отличались от 
прежней нашей практики, но чувствовалось – Петров убежден в правильности и 
полезности того стиля работы, о котором говорил.

Не знаю, как он изучал других ближайших помощников, а меня, я это сразу понял, 
испытывал на конкретных делах. Вот один пример, как это он делал. Однажды ночью,
 когда я спал и свет в блиндаже не горел, раздался телефонный звонок. Говорил 
командарм. Его вызывали в штаб фронта, он потребовал к утру подготовить нужные 
ему справки, перечислив их более десяти. Не имея возможности записать в темноте,
 я старался все точно запомнить. Справки были подготовлены в срок, но когда я 
их по очереди выкладывал на стол, генерал вдруг строго спросил: «Зачем вы мне 
даете справку об укомплектованности рот? Она мне не нужна». И тут же весело 
посмотрел на меня и сказал: «Перестарался? Ну ничего». Позднее не раз внезапно 
задавал мне вопросы, явно проверяя мою осведомленность даже в тех делах, о 
которых по своему служебному положению должны докладывать другие лица. Например,
 сколько боеприпасов в каждой дивизии или сколько на каком участке 
противотанковых орудий.

В отличие от генерала Гордова новый командарм не требовал от начальника 
оперативного отдела докладывать ему предложения по тем или иным вопросам, хотя 
порой советовался. Вскоре я убедился – Петров до тонкостей знал и любил штабную