Положение, в котором оказалось гитлеровское командование, да и сам фюрер, в 
начале 1943 года, было не из легких, и принимать решения в такой обстановке им 
было не просто. Под угрозой уничтожения была вся группировка Манштейна, совсем 
недавно спешившая на выручку Паулюсу под Сталинградом. Такая же опасность 
нависла над группой армий «А» Клейста.

Надо было решать: где же строить теперь линию фронта, на которой следует 
остановиться и держаться? какие имеются резервы? какие части можно использовать 
для выхода из создавшегося кризиса? как координировать действия войск? 
Положение было настолько критическим, что Гитлер вылетел в Запорожье, где, 
встретившись 19 февраля с Манштейном и Клейстом, обсуждал самые срочные меры.

Поскольку эти решения имели значение и для тех наших войск, которыми командовал 
генерал Петров, необходимо с ними познакомиться, для чего перенесемся на 
некоторое время в штаб, где идет разговор Гитлера с командующими группой армий 
«А» Клейстом и группой армий «Юг» Манштейном.

Манштейн заявил, что его войска, если они не будут усилены из того резерва, 
который он видел на кубанском плацдарме, не смогут держать фронт под Ростовом. 
А генерал-фельдмаршал Клейст, не опасаясь гнева фюрера, в открытую говорил, что 
сам еле держится и что на Кубани может состояться второй Сталинград.

Вот между каких двух нависших грозных бед оказался в те дни Гитлер. Совещание 
19 февраля в Запорожье завершилось весьма неожиданно. С тем, что произошло, я 
думаю, лучше всего познакомиться по рассказу адъютанта фюрера Отто Гюнше:



«Гитлер на своем самолете „Кондор“ под эскортом истребителей вылетел в 
Запорожье. Его сопровождали генералы Йодль, Буле, адъютанты, врач Морель и 
камердинер Линге. Он взял с собой также секретаршу Шредер и двух стенографов 
для записи протокола совещаний, которые он намеревался проводить в Запорожье… 
На следующий день после приезда около 11 часов утра Гитлер принял приехавшего к 
нему из Днепропетровска инженера Брукмана, руководившего работами по 
восстановлению Днепрогэса. Брукман был известен в Германии – он построил в 
Нюрнберге здания для партийных съездов. В Днепропетровске он фигурировал в 
качестве руководящего работника строительной организации „Тодт“. Гитлер 
приказал Брукману разрушить Днепрогэс, если придется отступать. Затем Гитлер 
ушел на совещание.

Вскоре к Линге, который находился в кабинете Гитлера, прибежал взволнованный 
адъютант фюрера Белов.

– Надо скорее укладываться! – закричал он.

– Что случилось?

– Русские танки появились у аэродрома Запорожье. Надо спешить!

Линге начал лихорадочно собирать вещи. В это время в комнату вошел Гитлер. Он 
очень нервничал и стал сам подавать Линге вещи для упаковки. Когда чемоданы уже 
укладывали в автомобиль, Белов доложил Гитлеру, что русские танки прорвались не 
к тому аэродрому, где стояли самолеты Гитлера, а к другому, восточнее Запорожья,
 и отброшены. Гитлер облегченно вздохнул…»


Этот случай с бегством Гитлера от советских танков показывает, насколько 
напряженной была обстановка и насколько непрочным было положение гитлеровцев на 
фронте.

Гитлеровское командование предпринимало все меры, чтобы остановить наступление 
наших войск на Северном Кавказе, для чего вводило вновь в бой те дивизии, 
которые уже были выведены в резерв, поскольку по мере сужения фронта при 
отступлении на Таманский полуостров у гитлеровцев высвобождалось много частей. 
И вот теперь они вынуждены были их вновь вводить в бой. Кроме того, на этот 
участок была переброшена авиация с аэродромов Крыма и Донбасса. Сюда же 
перелетели бомбардировщики из Туниса, из Голландии. Сосредоточив такие большие 
силы, гитлеровцы смогли приостановить наступление наших войск и начали 
создавать прочную мощную линию обороны «Готенкопф» («Готская голова»), которую 
они иногда именовали «Готская линия». (В нашей литературе ее называют «Голубой 
линией».)

С созданием «Готской линии» Гитлер и его командование связывали большие надежды,
 она должна была сохранить кубанский плацдарм для развертывания новых 
наступательных операций в направлении Кавказа.

20 марта Гитлер снова прилетел в Запорожье, для того чтобы продолжить разговор 
со своими фельдмаршалами. Здесь он окончательно обсудил план по созданию и