Кавказа и, следовательно, от основных источников нефти и серьезно нарушить 
подвоз английских и американских военных материалов. Этим, а также потерей всей 
донецкой промышленности Советскому Союзу наносится удар, который будет иметь 
далеко идущие последствия».


Гитлер настолько был уверен в успехе своих войск в районе Волги и Сталинграда, 
что отобрал у группы армий «Б» 4-ю танковую армию и включил ее в группу армий 
«А», чтобы она тоже наносила удар в сторону Грозного и Баку.

17 июля советские войска на сталинградском направлении получили директиву:



«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает под вашу личную 
ответственность немедленно организовать сильные передовые отряды и выслать их 
на рубеж р. Цимла от Чернышеская и до ее устья, особенно прочно занять 
Цимлянская, войдя в связь здесь с войсками Северо-Кавказского фронта».


17 июля авангарды дивизии 6-й, немецкой армии в излучине Дона на рубеже рек Чир 
и Цимла столкнулись с передовыми отрядами 62-й и 64-й армией Сталинградского 
фронта, высланными согласно этой директиве.

Вот с этого момента и считается начало великой Сталинградской битвы, со встречи 
этих передовых отрядов с 6-й армией Паулюса.

Шесть дней вели упорные бои эти передовые отряды, они заставили развернуться 
главные силы 6-й немецкой армии, и противник почувствовал, что он встретил 
здесь какие-то новые части и что выводы о легком наступлении на сталинградском 
направлении несколько преждевременны. Уже 23 июля в очередной директиве Гитлер 
совсем по-другому оценивает силы советских частей:



«Во время кампании, продолжавшейся менее трех недель, большие задачи, 
поставленные мной перед южным крылом Восточного фронта, в основном выполнены. 
Только небольшим силам армии Тимошенко удалось уйти от окружения и достичь 
южного берега р. Дон. Следует считаться с тем, что они будут усилены за счет 
войск, находящихся на Кавказе. Происходит сосредоточение еще одной группировки 
противника в районе Сталинграда, который он, по-видимому, собирается оборонять».



Далее в этой директиве говорилось:



«На долю группы армий „Б“, как приказывалось ранее, выпадает задача наряду с 
оборудованием оборонительных позиций на р. Дон нанести удар по Сталинграду и 
разгромить сосредоточившуюся там группировку противника, захватить город, а 
также перерезать перешеек между Доном и Волгой и нарушить перевозки по реке. 
Вслед за этим танковые и моторизованные войска должны нанести удар вдоль Волги 
с задачей выйти к Астрахани и там также парализовать движение по главному руслу 
Волги».


Вот так Гитлер силами группы армий «Б» планировал рассечь территорию до Волги и 
изолировать кавказское направление от Москвы и вообще от всей североевропейской 
части нашей страны.

Получая такое надежное и реальное обеспечение слева, группа армий «А», казалось 
бы, могла продолжать наступление на Кавказ. Однако группировка советских войск, 
находившаяся под Сталинградом, существовала и нависала над флангом немецких 
войск, рвущихся к Баку, и без разрешения этой важной стратегической проблемы по 
устранению угрозы с севера не могла быть обеспечена устойчивость всего 
кавказского направления.

Гитлер теперь понимал, и если не сам дошел до этого, то ему, видимо, 
убедительно доказали его военные сподвижники, что от исхода сражения под 
Сталинградом зависело осуществление всех его планов на юге, намеченных на 
летнюю кампанию, и прежде всего захват Кавказа.

Исходя из этого, Гитлер посылал в бои под Сталинградом все новые и новые 
соединения. Совсем недавно он надеялся, что 6-я армия Паулюса легко выполнит 
задачу самостоятельно, а через две недели вынужден был перебросить с 
кавказского направления на сталинградское 4-ю танковую армию, без одного 
корпуса.

Гитлеру очень хотелось захватить Сталинград еще до начала наступления на