— Как обстоят у вас дела? Что нового в действиях противника?

— Немцы ослабили натиск. По данным пленных, их войска в сентябрьских боях 
понесли тяжелые потери и переходят под Ленинградом к обороне. Сейчас противник 
ведет артиллерийский огонь по городу и бомбит его с воздуха.

Доложив обстановку, Жуков спросил Верховного, остается ли в силе его 
распоряжение о вылете в Москву.

— Да! — ответил Сталин. — Оставьте за себя генерала Хо-зина или Федюнинского, а 
сами завтра вылетайте в Ставку.

В Москве Жукова встретил начальник охраны Сталина генерал Власик. Он сообщил, 
что Верховный болен и работает на квартире, куда просил немедленно приехать.

Когда Жуков вошел в комнату, там был Берия. Сталин, заканчивая с ним разговор, 
произнес:

— Ты поищи подходы и прозондируй — возможности и условия...

Берия ушел. Георгий Константинович сначала не придал значения концу фразы, 
которую услышал. Лишь много позднее понял, как он сам говорил, что речь шла о 
возможности заключения перемирия с гитлеровцами.

...Жукова Сталин встретил сухо, в ответ на приветствие только кивнул головой. В 
нервном, гневном настроении он подошел к карте и, указав на район Вязьмы, 
сказал:

— Вот смотрите! Плоды командования Западного фронта! Здесь сложилась очень 
тяжелая обстановка. Я не могу добиться от Западного и Резервного фронтов 
исчерпывающего доклада об истинном положении дел. А не зная, где и в какой 
группировке наступает противник и в каком состоянии находятся наши войска, мы 
не можем принять никаких решений. Поезжайте сейчас же в штаб Западного фронта, 
тщательно разберитесь в положении дел и позвоните мне оттуда в любое время. Я 
буду ждать.

Кроме тяжелого положения под Москвой, Сталина заботило положение на других 
фронтах. Он спросил Жукова:

— Как вы считаете, могут ли немцы в ближайшее время повторить наступление на 
Ленинград?

— Думаю, что нет. Противник понес большие потери и перебросил танковые и 
моторизованные войска из-под Ленинграда куда-то на центральное направление. Он 
не в состоянии оставшимися силами провести новую наступательную операцию.

— А где, по вашему мнению, будут применены танковые и моторизованные части, 
которые перебросил Гитлер из-под Ленинграда?

— Очевидно, на Московском направлении. Но, разумеется, после пополнения и 
проведения ремонта материальной части.

Посмотрев на карту Западного фронта, Сталин сказал:

— Кажется, они уже действуют на этом направлении. Простившись с Верховным, 
Жуков отправился к начальнику Генерального штаба Шапошникову, подробно изложил 
ему обстановку, сложившуюся на 6 октября в районе Ленинграда.

— Только что звонил Верховный, — сказал Шапошников, — приказал подготовить для 
вас карту Западного направления. Карта сейчас будет. Командование Западного 
фронта находится там же, где был штаб Резервного фронта в августе, во время 
Ельнинской операции.

Борис Михайлович ознакомил Жукова в деталях с обстановкой на Московском 
направлении и вручил ему распоряжение Ставки:

“Командующему Резервным фронтом.

Командующему Западным фронтом.

Распоряжением Ставки Верховного Главнокомандования в район действий Резервного 
фронта командирован генерал армии тов. Жуков в качестве представителя Ставки.

Ставка предлагает ознакомить тов. Жукова с обстановкой. Все решения тов. Жукова 
в дальнейшем, связанные с использованием войск фронтов и по вопросам управления,
 обязательны для выполнения.

По поручению Ставки Верховного Главнокомандования начальник Генерального штаба 
Шапошников.