Ленинград штурмом, уверенности нет. Если не штурм, то Лееб предлагает перейти к 
глухой обороне. Ни то, ни другое не годится, он не способен понять и 
осуществить мой замысел скорейшего захвата Ленинграда. Этот город надо уморить 
голодом, активными действиями перерезать все пути подвоза, чтобы мышь не могла 
туда проскочить, нещадно бомбить с воздуха, и тогда город рухнет, как 
переспелый плод... Что же касается Лееба, то он явно устарел и не может 
выполнить эту задачу.

Сталин в сражении за Ленинград твердо координировал действия войск, 
находившихся в окружении и за пределами города. Помогал Жукову авиацией и 
активными действиями на других фронтах, чтобы сковать резервы противника.

Его решение как Верховного Главнокомандующего послать в Ленинград именно Жукова 
не случайно, Сталин хорошо знал своих подчиненных, этот правильный выбор помог 
найти выход из “безвыходного положения”. Дальновидность Сталина в этом сражении 
сыграла важную роль. Верховный упорно и терпеливо высматривал, приближал и 
выращивал когорту полководцев современной войны. Недалеко было то время, когда 
засияют яркие имена его подлинных воспитанников — Рокоссовского, Ватутина, 
Конева, Черняховского, Чуйкова, Рыбалко, Катукова, Новикова, Кузнецова и многих 
других.




Угроза “Тайфуна”


Серьезные неудачи, постигшие наши войска на южном крыле совете ко-германского 
фронта, дали возможность гитлеровскому командованию, с одной стороны, усилить 
нажим и вплотную прорваться к Ленинграду (о чем рассказано в предыдущей главе), 
а с другой — начать подготовку решающей операции на главном направлении.

На совещании в “Волчьем логове” Гитлер сказал:

— Наши успехи, достигнутые смежными флангами групп армий “Юг” и “Центр”, дают 
возможность и создают предпосылки для проведения решающей операции против 
группы армий Тимошенко (Так немцы называли наш Юго-Западный фронт), которая 
безуспешно ведет наступательные действия перед фронтом группы армий “Центр”... 
В полосе группы армий “Центр” надо подготовить операцию таким образом, чтобы по 
возможности быстрее, не позднее конца сентября, перейти в наступление и 
уничтожить противника, находящегося в районе восточнее Смоленска, посредством 
двойного окружения, в общем направлении на Вязьму, при наличии мощных танковых 
сил, сосредоточенных на флангах...

Большая работа по подготовке наступления, конечной целью которого назначался 
захват Москвы, была проделана и в генеральном штабе сухопутных войск, проведено 
несколько совещаний, предприняты меры для доукомплектования частей и соединений 
группы армий “Центр”. 6 сентября Гитлер подписал директиву № 35 на проведение 
этой операции, которая получила кодовое наименование “Тайфун”.

Операцию намечалось осуществить в самое короткое время, до начала осенней 
распутицы и зимы, и обязательно завершить победой. Эта мысль отразилась и в 
названии, которое придумал сам Гитлер, — наступающие войска должны, как тайфун, 
смести все на своем пути к Москве.

Гитлеру так не терпелось реализовать свой замысел, что он потребовал начать 
наступление через 8—10 дней после того, как ему пришла в голову эта мысль. 
Однако Гальдер точными расчетами и логическими аргументами убедил его, что 
сразу начать и провести такое широкомасштабное наступление невозможно, потому 
что 2-я армия и 2-я танковая группа еще повернуты на юг, а группа армий “Центр” 
после продолжительных боев восточнее Смоленска требует пополнения и людьми и 
материальными средствами. С большим нежеланием, как говорится, скрепя сердце 
Гитлер в конце концов согласился на солидную, планомерную подготовку этого 
наступления.

Группе армий “Центр” пришло значительное пополнение в 151 тысячу человек, но 
это не довело ее до первоначального состава, так как в предыдущих боях она 
потеряла 219 тысяч человек. Были отданы ей последние три дивизии из резерва ОКХ,
 и в распоряжении верховного командования вообще больше не осталось резерва. В 
танковых группах, которые тоже понесли большие потери в предыдущих боях, 
несмотря на поступление новых танков и ремонт тех, которые можно было привести 
в боевое состояние, набралось всего до 60 процентов машин, пригодных для боя. 
Были большие потери в автомобильной технике во время боев, бомбардировок, да и 
просто многие тягачи и автомобили износились и пришли в негодность. Но все же и 
того, чем располагала группа армий “Центр”, было достаточно для очень мощного 
удара.

Всего для наступления в группе армий “Центр” к началу октября были приведены в 
готовность около двух миллионов солдат и офицеров, распределенных в три армии и 
три танковые группы, насчитывавшие в общей сложности 76 дивизий. Авиационное