капитана С. И. Гусева, Инстербург - прославленного полководца генерала армии И. 
Д. Черняховского, Людвигсорт - лейтенанта И. М. Ладушкина, Метгеттен - 
Александра Космодемьянского, Нойхаузен - бесстрашного генерала С. С. Гурьева, 
Побеттен - капитана П. И. Романова, Хейлигенбёйль - подполковника Н. В. 
Мамонова, Шталлупенен - полковника С. К. Нестерова. 

...После пленения основных сил уцелевших фашистских войск мы все вдруг 
оказались в совершенно непривычной для нас обстановке: вокруг воцарилась такая 
мирная тишина, от которой мы за четыре года войны совершенно отвыкли. По 
установившейся привычке я каждое утро просыпался задолго до рассвета и первым 
делом вызывал к себе оперативного дежурного с докладом о событиях, происшедших 
в войсках за ночь. Но ничего чрезвычайного уже, естественно, не происходило, и 
чувство постоянного тревожного напряжения, владевшее мною всю войну, с каждым 
днем ослабевало. Однако времени на отдых тоже не было. Внезапно навалились 
повседневные заботы мирного времени: надо было взять на учет захваченные трофеи 
и организовать их надежное хранение - это уже народное добро, налаживать мирную 
жизнь на очищенной от фашистов территории. 

Еще одна очень нелегкая задача - обеспечить наиболее удобное размещение войск 
фронта и организовать их боевую и политическую подготовку, без которой 
немыслима повседневная жизнь любого воинского организма. 

Но не успели мы как следует развернуть эту работу, как меня вызвали в Москву. 

С аэродрома я поехал к начальнику Генерального штаба. На мой вопрос о причине 
вызова Алексей Иннокентьевич Антонов ответил: 

- Товарищ Сталин решил обсудить с участием командующих войсками фронтов и 
начальников центральных управлений Наркомата обороны ряд проблем, связанных с 
переводом армии на мирное положение. Совещание начнется завтра в одиннадцать 
часов утра в Кремле. Руководить им будет сам Верховный, участие в работе примут 
члены Политбюро. 

Прибыв к назначенному времени в приемную Сталина, я увидел там всех командующих 
фронтами и группу генералов центрального аппарата Наркомата обороны. 
Обменявшись взаимными приветствиями со знакомыми, И приблизился к стоявшему 
неподалеку от двери Маршалу Советского Союза Ф. И. Толбухину, с которым у меня 
издавна сложились дружеские отношения. Завязалась оживленная беседа. Она была 
прервана приходом С. М. Буденного, с появлением которого в приемной наступило 
заметное оживление. 

Алексей Иннокентьевич, взглянув на часы, пригласил всех собравшихся войти в зал,
 где должно было состояться совещание. И. В. Сталин приветствовал вошедших 
жестом правой руки, дружески улыбаясь, а когда все сели, сказал нам об основной 
цели совещания и порядке его проведения. 

- Прежде чем приступить к обсуждению вопросов, которые нам надлежит рассмотреть,
 - говорил Верховный Главнокомандующий,- заслушаем доклад начальника 
Генерального штаба, который доложит нам о теперешнем составе и численности 
нашей армии, а также предложения Генерального штаба о порядке демобилизации из 
армии военнослужащих старших возрастов и порядке ее перехода на мирное 
положение. 

С исключительным интересом выслушали мы обстоятельный доклад А. И. Антонова, в 
котором он изложил предложения Генерального штаба и о численности армии на 
мирное время, и о создании ряда новых приграничных и внутренних военных округов,
 и о преобразовании некоторого количества наших фронтов в группы советских 
войск на территориях освобожденных от фашизма стран Европы. 

После краткого обсуждения и одобрения этих предложений мы приступили к более 
детальному рассмотрению численного состава, организационной структуры, 
вооружения и технического оснащения основных боевых соединений каждого рода 
войск. 

Из числа участников совещания было создано несколько комиссий, в задачу которых 
входила подготовка предложений по каждому роду войск. 

Помнится, комиссии, которую возглавил маршал Ф. И. Толбухин, была поручена 
разработка боевого состава и организационной структуры стрелковой дивизии и 
стрелкового корпуса, а комиссии маршала С. М. Буденного - кавалерийской дивизии 
и кавалерийского корпуса. Мне и маршалу инженерных войск М. П. Воробьеву было 
предложено подготовить мнение по организационной структуре и техническому 
оснащению частей и соединений инженерных войск. Аналогичные комиссии были 
созданы и по всем остальным родам войск. 

В течение нескольких дней мы с маршалом инженерных войск Воробьевым напряженно 
работали и уже завершили подготовку доклада и необходимых схем в обоснование 
разработанных нами рекомендаций, когда позвонил А. И. Антонов и сообщил, что в 
связи с внезапной болезнью С. М. Буденного докладывать по кавалерии Сталин 
поручает мне.