Узники из блока No 17 стали в затылок другой колонне. Судя по обрывкам речи, 
впереди стояли французы и англичане. Среди тех, кого Старостин узнал, был и 
белобрысый английский летчик, с которым не раз оказывался рядом в штайнбрухе. 

Обе колонны снова были остановлены неподалеку от ворот. Старостин стоял 
правофланговым в ряду из пяти полумертвецов и все видел. 

Правее лагерных ворот около каменной стены метались по ледяному катку голые 
люди, их было не менее пятидесяти. Голые люди скользили, ковыляли или ползли из 
последних сил между выходом из бани, каменной стеной и шеренгой эсэсовцев с 
брандспойтами в руках. Вода шла под большим напором и сбивала с ног тех, кто не 
упал прежде под ударами резиновых дубинок. Те, кто только что нагишом выбежал, 
вернее сказать, кого вытолкали из бани, еще жили в облачках пара. Облачка 
быстро испарялись, и тогда при свете прожекторов, направленных с вышки, видны 
были багрово-синие полосы на голых телах. Исполосованные резиновыми дубинками, 
уже в полубессознательном состоянии, страдальцы попадали под ледяные струи. 
Иные так и не поднимались из застывающих луж, иные сопротивлялись ударам воды, 
сбивающей с ног, и все ближе прижимались к каменной стене. 

Старостин уже понял, что колонны тут держат для устрашения. Каждого может 
постигнуть такая же участь. Пусть сегодняшняя казнь послужит для всех 
предупреждением. 

Невысокий седовласый человек, держась за каменную стену, быстро и горячо 
говорил что-то. Он задыхался, хрипел, пытался перекрыть голосом шипение воды, 
крики палачей и стоны, проклятья полуобледеневших. 

Сперва Старостин разобрал только, что старый человек говорит по-французски. 
Затем он различил слова "немцы", "фашисты" и понял смысл фразы - это два разных 
понятия. Потом старик, с трудом стоящий на ногах, сказал что-то по-русски. 
Старостин разобрал слова "Советский Союз" и "освобождение". 

Кто же этот пожилой человек, который опирается о каменную стену и говорит 
по-русски и по-французски? Рядом со Старостиным стоял Мамедов. Он узнал 
невысокого седого человека с немигающим взглядом черных глаз. 

- Генерал Карбышев, Дмитрий Михайлович. Еще с Хаммельсбурга знакомы. Друг 
генерала Митрофанова. Вместе мы сидели... 

В этот момент эсэсовец опустил шланг, шипение и журчание стихло, и до 
Старостина донеслось: 

- Бодрей, товарищи! Думайте о своей родине, и мужество вас не покинет. 

К эсэсовцу, который стоял с опущенным шлангом, подбежал палач чином повыше, 
оттолкнул, выхватил шланг из рук и сильной струей ледяной воды, направленной в 
упор, сбил с ног говорящего. 

Седой человек пытался приподняться, цепляясь, как слепец, рукой за стену, но 
сил никаких не осталось, тело покрывалось ледяным панцирем, и последние капли 
жизни были заморожены. 

127 

Тот же самый жидкий суп из кормовой брюквы, та же баланда, та же кружка 
эрзац-кофе и такой же кусочек черного хлеба, похожего на торф; в нем столько 
отрубей и опилок, что, если его поджечь, он сгорит без остатка. 

И та же самая теснота в бараке. 

Под голову подложены деревянные колодки, а лежать нужно на боку, слегка 
подогнув ноги в коленях. Сосед укладывается точно так же, только головой в 
другую сторону. При такой системе на одном тюфяке помещаются четверо. Французы 
это называют "спать сардинками". К стене барака прибиты засохшие, обесцвеченные 
временем букетики цветов. Незабудки, ромашки, красный клевер были сорваны еще в 
Маутхаузене 14 июля - в день взятия Бастилии. Незабудки, ромашки, красный 
клевер - три цвета французского флага. 

И крематорий в Мельке мало чем отличается от крематория в Маутхаузене. Труба 
сужается кверху уступами, в трубу вбиты железные скобы. Впрочем, в Мельке 
загрузка крематория поменьше, а прячется он в зелени, рядом раскидистые 
плакучие ивы. 

Полковник Старостин только появился в Мельке, его еще ни разу не погнали на 
работу, а он уже озабочен делами. 

- Что у вас здесь, в Мельке, вырабатывается? - спросил вновь прибывший у 
незнакомого соседа по нарам.