Маневичи - старший с дипломом врача, младший с дипломом об окончании 
политехнического коллежа. 

На следующее утро, после ночевки в Шафгаузене, эмигранты покинули Швейцарию, 
проехали всю Германию с юга на север, а утром в воскресенье 24 июня 
благополучно прибыли в Стокгольм... 

Этьен давно не помнит, сколько пересадок пришлось тогда сделать ему и брату, 
прежде чем они добрались домой, в Чаусы. Но помнит, что дорога была длинная и 
трудная. 

109 

Прошли времена, когда Апостол Пьетро покупал для Чинкванто Чинкве что-нибудь из 
провизии на свои деньги в долг. Неожиданно для себя Чинкванто Чинкве стал одним 
из самых богатых людей на Санто-Стефано, так как, еще до перевода от Анки, 
получил 2450 лир в погашение старого долга братьев Плазетти; эта сумма была 
переслана стараниями Джаннины. 

К сожалению, лиры после начала войны сильно обесценились, их покупательная 
способность стала падать. До войны пяти лир хватило бы на день прокормиться 
троим. А нынче на такие деньги в лавке и купить-то нечего. Этьен помнит, что в 
1936 году один доллар приравнивали к 20 лирам, сейчас, по слухам, за доллар 
платят чуть ли не 100 лир. А в тюремном обращении по-прежнему сольдо и 
чентезимо. Вот и приходится покупать у подрядчика все кусочками, ломтиками, 
щепотками, а сигареты - поштучно. Все равно Этьен был счастлив тем, что 
подкармливает своих друзей. 

Но тем сильнее ощущал Этьен недостаток духовной пищи, страдал от отсутствия 
информации о положении на Восточном фронте, от лживости ее. 

По-прежнему заключенные имели право читать только иллюстрированные воскресные 
газеты. Иногда Апостол Пьетро за отдельное вознаграждение ухитрялся на неделе 
доставать и приносить неведомо где подобранные или украденные газеты. А иногда 
капеллан Аньелло приносил под сутаной газеты, на которые наложен запрет. 
Капеллан отлично знал, что Марьяни, Лючетти и Кертнер - люди не религиозные, и 
тем больше уважения заслуживали его заботы. 

Бомбежки, обострившееся чувство опасности вызвали у иных угрызения совести, 
тягу к молитвам, исповедям. В дальнем углу подвала за выступом стены стояла 
скамья, и там капеллан устроил подобие исповедальни. 

"Какой мучительный груз отягощает память добряка Аньелло! - подумал Этьен. - В 
стольких злодеяниях уже покаялись ему грешники Санто-Стефано! И все это не 
смеет забыть капеллан. Но в каких таких грехах эти набожные убийцы и грабители 
исповедуются сейчас, после того, как они давно покаялись в самом страшном своем 
грехе? Сущие пустяки: один упомянул всуе имя Христово, другой непочтительно 
отозвался к божьей матери. А наказание за это известно какое - прочесть 
столько-то страниц из Евангелия..." 

Недавно капеллан получил письмо с Восточного фронта от бывшего подполковника, 
ныне полковника Марио Тройли: письмо мрачное, как завещание. Тройли жалуется на 
русский климат, на русские дороги, на русскую еду, на русский характер, на 
неуступчивость и бессердечие русских женщин и еще на что-то. Он охотно 
вспоминает Санто-Стефано. Там по крайней мере нет морозов, нет снега, а живой 
христианин не чувствует себя все время мишенью. Тройли не верит, что вернется 
домой. Дон - последняя река, которую он видел в своей жизни, не увидеть ему 
больше ни голубого Неаполитанского залива, ни мутных вод Тибра. Он просит 
капеллана помолиться за его душу, на которой столько незамолимых грехов... 

А в другой раз капеллан сообщил, что Куаранта Дуэ, контрабандист, который 
пытался убежать из эргастоло в компании с циркачом, по приговору суда 
расстрелян в Триесте. 

Капеллан часами просиживал в камере политических. Но не страх перед воздушными 
налетами приводил его сюда. Узники встречали капеллана неизменной 
приветливостью, а он рассказывал немало интересного из истории Понтийского 
архипелага... Этьен и понятия не имел, что остров Вентотене был в начале нашей 
эры местом ссылки неугодных членов императорских семейств. Оказывается, на эти 
острова отправили в ссылку Джулию, дочь императора Августа, позже - Агриппину, 
жену Тиберия, еще позже - Октавию, жену Нерона. Октавия вскрыла себе вены, к 
этому ее вынудили слуги Нерона. В этих местах гребцы галеры по приказу Нерона 
веслами убили его мать. На Вентотене сохранились развалины богатой виллы и 
бассейна, а также остатки лестницы, вырубленной в скале. Сохранились 
характерные черты древнего порта, там во время шторма укрывался Калигула. 
Капеллан готов рассказывать бесконечно, была бы только аудитория... 

Все больше послаблений делали узникам эргастоло, капо диретторе Станьо не хотел 
с ними ссориться. Дела Муссолини шли все хуже, и в тюрьме чувствовалась 
растерянность. Суетливо шныряли по коридорам тюремщики, присмирел Кактус.