на фронт, он вернется оттуда генералом, он научит большевиков с уважением 
относиться к дуче, он заставит их трепетать перед итальянским оружием! 

В день, когда Тройли уезжал, сводка с русского фронта сильно огорчила Этьена.. 
Да, вести неутешительные. Если верить газетам, немецкие войска продвигаются в 
глубь России, они уже завоевали почти всю Белую Россию. Ясно, речь идет о 
Белоруссии. Этьен с острой тревогой подумал о затерянном в лесном захолустье 
деревянном городке Чаусы, где живут добросердечная мачеха Люба, другие родичи и 
друзья его детства. Неужели огненный вал докатится так далеко, прежде чем 
Красная Армия оправится от внезапного удара и перейдет в контрнаступление? 

Однако день сменялся днем, а вести с русского фронта по-прежнему приходили 
неутешительные. 

С содроганием вглядывался Этьен в фотоснимок - лагерь русских пленных в Умани. 
Многотысячная толпа страдальцев! Второй снимок - смотр итальянским частям, 
которые движутся на фронт. Перекресток дорог в восемнадцати километрах от Умани,
 Муссолини стоит в открытой машине рядом с Гитлером. На третьей фотографии 
снова снят дуче, "первый пилот Итальянской империи". Целых полчаса Муссолини 
вел самолет, на борту которого находился Гитлер, Гиммлер и другие главари, 
когда все они возвращались из Умани в Германию. Вот, наверное, натерпелись 
страху! 

"А на сколько лет был заключен пакт о ненападении? - вспомнил Этьен, 
вглядываясь во все эти фотографии, опубликованные в воскресной газете "Доменико 
дель коррьере". - Кажется, на десять лет. Миновало меньше двух лет. Хорошо ли 
мы использовали передышку? Многое ли успели сделать?" 

98 

Еще до того как подъехали к Москве, Гри-Гри понял, что город эвакуируют. 

Навстречу им промчался странный эшелон, сплошь состоящий из вагонов-ресторанов, 
набитых пассажирами, из почтовых, багажных вагонов, холодильников и 
снегоочистителей. С соседнего пути, по которому ходила подмосковная электричка, 
снимали и сматывали медный кабель. Мимо дачных платформ прошла переполненная 
электричка, однако тащил ее маломощный паровоз; он обволакивал вагоны густым 
дымом. 

Никто из родных, близких не встречал поезд, пришедший вне расписания. Был 
предвечерний час, и площадь у Курского вокзала встретила дипломатов из Рима 
тревожным ожиданием воздушного налета. 

Две недели назад немцы бомбили первый раз, и с тех пор начались еженощные 
налеты. В московском небе плавают невиданные серебристые рыбы аэростаты 
воздушного заграждения; если налетчики снизятся над городом, то попадут в 
тенета. У входа в метро выстроилась очередь - вечером станция превращалась в 
бомбоубежище. Кто-то сообщил, что в метро пускают с пяти вечера. В очереди 
много женщин с детьми, стариков. Окна домов на привокзальной площади заклеены 
крест-накрест полосками бумаги, зашторены. В нескольких домах на Садовой, на 
Маросейке и на Ильинке выбиты стекла. Но ни одного разрушенного дома Гри-Гри и 
его попутчики не увидели. Слава нашим зенитчикам, слава нашим истребителям! 

"Эмочка" выехала мимо ГУМа на Красную площадь. На Кремлевской стене нарисованы 
скошенные фасады домов - чтобы сбить с толку фашистских летчиков, чтобы 
зрительно сломать форму объекта, чтобы стены Кремля сливались с окружающими 
кварталами. Над Мавзолеем сооружен макет трехэтажного жилого дома. Пока машина 
при выезде на площадь стояла у потухшего светофора, пока милиционер в каске и с 
винтовкой за плечом не взмахнул разрешающе флажком, Гри-Гри успел заметить, что 
памятник Минину и Пожарскому обложен мешками с песком. Кремлевские звезды то ли 
укрыты защитными чехлами, то ли выкрашены защитной краской - наступали сумерки, 
из "эмки" не разглядеть. 

Фасад Большого театра тоже в камуфляже - завешен какими-то декорациями. На 
Театральной площади выставлены на всеобщее обозрение обломки фашистских 
самолетов, сбитых в московском небе. Фонтан по соседству бездействовал, и 
Гри-Гри вспомнил фонтан Треви, куда он месяц назад бросил монетки "на счастье". 


Как не похожа Москва, надевшая военную форму и вставшая под ружье, на крикливый,
 пока еще беспечный, не знающий затемнения Рим! Надолго ли Рим останется таким? 
Сможет ли Вечный город избежать ужасов войны? Навряд ли. 

Проехали через Охотный, свернули на улицу Горького. Зеркальные витрины 
ресторана "Националь", магазинов и парикмахерской напротив телеграфа закрыты 
дощатыми щитами, штабелями мешков. 

"В течение ночи на 5 августа наши войска вели бои с противником на Смоленском, 
Коростенском и Белоцерковском направлениях".