Намерения противника достаточно отчетливо проявились 17 февраля, когда из 
района южнее Штаргардта его войска нанесли по нашей обороне удар настолько 
сильный, что наши дивизии должны были отойти на 12 километров! 

Как видно, все оказалось гораздо сложнее, чем это представляется защитникам 
взгляда о необходимости и возможности штурма Берлина в феврале! 

Ликвидация восточнопомеранской группировки противника - это одна из ярких 
страниц истории заключительного этапа Великой Отечественной войны. 

О серьезности намерений противника можно судить также и по тому, что к концу 
февраля им было сосредоточено в Восточной Померании до сорока дивизий. Напомню 
читателю, что против войск Центрального фронта в битве на Курской дуге 
действовала ударная группировка в составе 8 пехотных, 6 танковых и одной 
моторизованной дивизий, то есть всего из 15. 

2-й Белорусский фронт, который начал наступление 10 февраля, за десять дней 
ценой тяжелых потерь смог продвинуться всего на 50-70 километров. 

Именно все эти обстоятельства привели к решению Ставки: наступление на Берлин 
отложить, привлечь к ликвидации восточнопомеранской группировки 4 общевойсковые 
и 2 танковые армии нашего фронта. 

Осуществив предписанную Ставкой перегруппировку войск, создав на правом фланге 
ударный кулак из общевойсковых и танковых объединений, войска фронта 1 марта 
перешли в наступление, а 4 марта наши танки вышли в районе города Кольберг к 
берегу Балтийского моря, отрезав таким образом значительную часть 
восточнопомеранской группировки врага от главных сил немецко-фашистской армии. 
4 апреля ликвидация группировки противника в Восточной Померании войсками 1-го 
и 2-го Белорусских фронтов была полностью завершена. Был сорван план 
немецко-фашистского командования нанести фланговый удар по войскам, 
изготовившимся к наступлению на Берлин. 

Следует подчеркнуть, что боевые действия по уничтожению восточнопомеранской 
группировки противника, как и все другие боевые действия того периода, 
отличались исключительной ожесточенностью, однако близость победы была тем 
животворным и окрылявшим обстоятельством, которое помогало воинам преодолеть 
все трудности и лишения, неизмеримо поднимало наступательный порыв, добавляя 
смелым - геройства, робким - смелости, нерешительным уверенности в своих силах. 


Возвращаясь чуть назад, к моменту выхода наших войск к Одеру, следует 
подчеркнуть, что наступление проходило теперь в несколько необычных для нас 
условиях войны на территории противника, что придавало и всем действиям войск, 
и их поведению особый, даже необычный характер. 

Стремительное продвижение и соответствующее, а чаще всего опережавшее его по 
темпам отступление войск противника вызвало вполне объяснимую панику среди 
местного населения. Жители районов, по которым уже прокатился вал наступления, 
прекрасно знали, что многие города и села еще сравнительно недавно, если мерить 
историческими масштабами времени, принадлежали Польше, что в составе 
наступающих советских войск следуют дивизии Войска Польского. Все эти 
обстоятельства и соображения, подогретые до крайности геббельсовской 
пропагандой о неизбежном с приходом русских уничтожении каждого немца и каждой 
немки независимо от возраста и степени виновности, порождали в самых широких 
кругах населения настроения неуправляемой рассудком паники. 

С приближением фронта население снималось поголовно с мест и, нагрузив самый 
необходимый скарб на всякого рода тележки и коляски, начинало пешее движение, 
вернее, бегство на запад. Вполне понятно, что при высоком темпе продвижения 
войск беженцы попадали в полосу военных действий, как могли укрывались и, 
пропустив войска, продолжали двигаться на запад, теперь уже в тылу наших войск. 


Что же сказать? В этом скорбном людском потоке в некотором смысле 
олицетворялась справедливость исторического урока. Жители восточных областей 
Германии, тех, что были образованы на захваченных у Польши землях, теперь могли 
на себе испытать последствия авантюристической политики гитлеровского 
руководства, обещавшего своему народу все богатства захваченных стран, испытать 
те беды и несчастья, в которые были ввергнуты народы порабощенных государств. 

Но при всем прочем потоки беженцев, оказавшиеся на дорогах нашего фронтового 
тыла, настолько плотно забили все коммуникации, что это привело к серьезнейшим 
помехам в работе транспорта. Часто даже танки вынуждены были задерживаться у 
перекрестков дорог, пропуская неуправляемые, охваченные животной паникой 
колонны беженцев, среди которых было много детей и престарелых. 

Буквально в первые дни появления наших войск на территории Германии Центральный 
Комитет партии ужо дал указание о проведении в войсках разъяснительной работы 
по поводу целей и задач Советского государства на заключительном этапе войны в