| |
), два
отдельных полка, в том числе мотоциклетный, 148 тысяч человек личного состава**
(по другим данным — 175 тыс. чел.). На вооружении этих боевых частей состояло
1600 орудий и минометов, 258 танков и САУ, 172 боевых самолета (по другим
данным — 240)***, двадцать кораблей. Кроме того, были сформированы охранные
отряды министерства внутренних войск в приграничных районах****. В ВВС КНА
насчитывалось 2829 человек, в ВМФ — 10 307 человек. В общей сложности
вооруженные силы КНДР вместе с войсками Министерства внутренних дел к началу
войны насчитывали около 188 тыс. человек*****.
Таким образом, соотношение сил и средств у 38-й параллели к началу военных
действий было в пользу КНА: по пехоте — в 1,3 раза; артиллерии — в 1,1 раза,
танкам и САУ — в 5,9 раза, самолетам — в 1,2 раза, одна
* В ходе войны южнокорейская пехотная дивизия, оснащенная в основном
американским вооружением и техникой, имела: 9500 винтовок и карабинов, 252
пистолета-пулемета, 54 легких пулемета, 72 тяжелых пулемета, 111
противотанковых ружей «Бозерки», 162 60-мм и 81-мм миномета, 18 57-мм пушек, 30
105-мм гаубиц. Кроме того, в отдельных частях и подразделениях имелись 75-мм
пушки, 105-мм безоткатные орудия (на автомобиле «Виллис»), 76,2-мм и 90-мм
пушки, 90-мм зенитные пушки, 114-мм и 155-мм пушки, 203,2-мм пушки, 105-мм
гаубицы, 203,2-мм гаубицы и 114,3-мм установки. Эти же виды вооружения имелись
и в американских войсках.
** К началу войны в одной пехотной дивизии КНА по штату имелись: 5867
винтовок, 2150 карабинов, 1950 автоматов, 338 ручных пулеметов, 204 станковых
пулемета, 18 зенитных пулеметов, 135 противотанковых ружей. 48 45-мм пушек, 12
полковых 76-мм пушек, 24 дивизионных 76-мм пушки, 12 122-мм гаубиц, 89 82-мм
минометов, 18 120-мм минометов, 16 самоходно-артиллерийских установок, более
700 автомашин и 60 тягачей. Кроме того, в бригадах, отдельных полках,
дивизионах и батальонах имелись танки Т-34 и ИС-2, САУ-76 и САУ-122, советские
152-мм гаубицы-пушки, боевые машины реактивной артиллерии (БМ-13) — «Катюши».
*** Сведения о численности авиационного парка КНА разнятся. На 22 июня
1949 года ВВС КНДР насчитывали 48 боевых и 17 учебно-боевых самолетов и всего
11 подготовленных летчиков, к 14 сентября 1949 г. в ВВС КНА было 75 самолетов
(См.: Торкунов А.В. Загадочная война: Корейский конфликт 1950—1953 годов. М.,
2000. С. 20, 36). На 20 июля 1950 г. в составе авиации КНА числилось 92
самолета — 57 штурмовиков, 35 истребителей и 25 подготовленных летчиков (См.:
Попов И.М., Лавренов С.Я., Богданов В.Н. Корея в огне войны. Москва — Жуковский,
2005. С. 94).
**** Россия (СССР) в войнах второй половины XX века. М., 2002. С. 85;
Войны и вооруженные конфликты второй половины XX века. /Под общ. ред. Б.В.
Громова. М., 2003. С. 26
***** Орлов А.С., Гаврилов В.А. Тайны Корейской войны. М., 2003. С. 27.
483
ко в последнем случае следует заметить, что летный состав КНА в основном не
закончил обучение. К маю 1950 года было подготовлено лишь 22 летчика штурмовой
авиации и 10 летчиков-истребителей*.
Здесь уместно кратко охарактеризовать позицию СССР в корейской проблеме и
в первую очередь в вопросе участия советских военнослужащих в войне на стороне
Северной Кореи. Как свидетельствуют доступные сегодня документы из
отечественных архивов, первоначально использование советских войск в корейской
войне не предполагалось. В Кремле понимали, что прямое участие Вооруженных сил
СССР вызовет негативную реакцию в США и в мире. Было очевидно, что Советский
Союз будет обвинен во вмешательстве во внутренние дела суверенной Кореи. Более
того, Москва располагала информацией о том, что вторжение армии Северной Кореи
на территорию Южной будет рассматриваться в европейских кругах как прелюдия
аналогичному наступлению СССР в Германии. Исходя из этого, руководство СССР с
началом войны в Корее сделало четкую установку на ее ведение силами Корейской
народной армии с привлечением ограниченного числа советских военных советников.
Причем находившиеся в стране советники должны были руководствоваться следующими
правилами:
1. Советники самостоятельно приказы и распоряжения войскам армии не издают.
2. Командование армии не решает самостоятельно вопросов подготовки,
организации и ведения боевых действий без участия военных советников.
3. Главное в работе советников в ходе войны и боевых действий — оказание
помощи командованию армии во всесторонней оценке обстановки и принятии
грамотных в оперативно-тактическом отношении решений с целью разгрома
группировок противника или выхода из-под его ударов с использованием всех сил и
возможностей армии.
4. Советники могут запрашивать любые сведения от отделов и служб армии с
информацией об этом своему подсоветному или начальнику штаба армии.
5. Взаимоотношения советников с подсоветными и офицерским составом армии
строятся на взаимном уважении, доброжелательности и выполнении требований
Уставов КНА.
6. Обеспечение советников всем необходимым для жизни, служебной
деятельности возлагается на командование армии**.
Изменение политики в вопросе участия советских военнослужащих в боевых
действиях, как ни странно, было во многом спровоцировано самими американцами.
* Россия (СССР) в войнах второй половины XX века. М., 2002. С. 85; Войны и
вооруженные конфликты второй половины XX века/ Под общ. ред. Б.В. Громова. М,
2003. С. 26.
** Обухов А. Записки военного советника. В кн. Интернационалисты. Смоленск,
2001. С. 138-139.
484
Во-первых, захват территории КНДР дал бы США непосредственный выход не
только к сухопутной
|
|
