ространило сообщение: «7 октября в 
первой половине дня один чанкайшистский самолет-разведчик американского 
производства типа РБ-57Д с провокационными целями вторгся в воздушное 
пространство над районами Северного Китая и был сбит военно-воздушными силами 
Народно-освободительной армии Китая». Как и каким оружием — из соображений 
секретности, — не уточнялось.
     Эффективность советского ЗРК была по достоинству оценена китайским военным 
и политическим руководством. Пекин обратился в Москву с просьбой о 
развертывании С-75 вокруг ряда других административно-промышленных объектов 
страны и поручить разработку рекомендаций по их прикрытию с воздуха полковнику 
В.Д. Слюсару. Просьба была удовлетворена. До декабря 1959 года группа советских 
специалистов произвела расчеты и выработала рекомендации по организации 
противовоздушной обороны комплексами С-75 городов Шанхай, Кантон, Ухань, 
Аньшань, Мукден и Сиань*.
     Сбитый над Китаем чанкайшистский самолет-разведчик был одной из последних 
совместных «акций» советских и китайских военных. 16 июля 1960 года 
советник-посланник Н.Г.Судариков по поручению Москвы вручил заместителю 
министра иностранных дел КНР Чжан Хань-фу но
     * http://pvo.guns.ru/combat/first's-75.htm от 13.05.2004.
397
ту о решении советского правительства об отзыве советских специалистов из 
Китайской Народной Республики. Начался новый этап во взаимоотношениях между 
двумя «социалистическими» странами. Однако «первые кирпичики» этого «нового 
этапа» — пути от сотрудничества к конфронтации были заложены ранее.
    
    ОТ «БРАТСКОЙ ЛЮБВИ» ДО КОНФРОНТАЦИИ
     
     Смерть И.В. Сталина в 1953 году стала сильным ударом по социалистическому 
миру. Лидер главенствующей социалистической державы был неоспоримым символом 
мирового коммунистического движения. Подчиняться ему было естественным для 
лидеров всех компартий, включая и КПК.
     Приход к руководству в СССР Н.С. Хрущева и постепенный курс на 
десталинизацию в Советском Союзе вначале был воспринят в Пекине позитивно, а 
затем стал поводом для разрушения «советско-китайского монолита». Причин тому 
было множество, причем как объективных, так и субъективных.
     14—25 февраля 1956 года в Москве прошел XX съезд КПСС. Выдвинутые на нем 
идеи и особенно критика культа личности Сталина положили начало явному расколу 
между коммунистическими партиями КНР и СССР, а также противостоянию двух 
социалистических государств. Следует отметить, что советское правительство 
предвидело негативную реакцию китайских руководителей на секретный доклад Н.С.
Хрущева. Для того чтобы нейтрализовать его последствия, в Китай был спешно 
направлен один из видных советских деятелей — А.И. Микоян. Он должен был 
разъяснить руководству КНР позицию КПСС по вопросу культа личности и провести 
переговоры о дальнейшем экономическом сотрудничестве между странами. Однако к 
моменту встречи Микояна с Мао Цзэдуном (31 марта 1956 г.) руководители КПК не 
только смогли ознакомиться с переводом закрытого доклада Хрущева, но и подробно 
обсудить его на расширенном заседании Политбюро и выработать свою точку зрения. 
В связи с этим разъяснения советского представителя не оказали заметного 
влияния на позицию руководства КПК. Более того, некоторые высказывания Микояна 
даже вызвали раздражение у китайского
     
     
     Советский плакат, посвященный советско-китайской дружбе
398
лидера. Мао Цзэдун не поддержал хрущевские оценки Сталина. «Сталин, — заявил 
Мао, — безусловно, является великим марксистом, хорошим и честным 
революционером», правда, по словам китайского руководителя, все же допускавшим 
ошибки «по отдельным вопросам»*. Однако расхождения взглядов в оценках культа 
личности были не основным. Главным, что вызвало первую трещину в отношениях 
между странами, стало то, что пекинское руководство восприняло доклад Хрущева 
как атаку на основы теории и практики строительства социализма, прежде всего — 
на диктатуру пролетариата.
     Тем не менее А.И. Микоян и заместитель премьера Лу Фучунь подписали 
соглашение об оказании помощи в развитии некоторых отраслей промышленности КНР. 
Общая стоимость поставок оборудования, проектных услуг и помощи в строительстве 
55 промышленных предприятий дополнительно к 156 объектам, сооружавшимся в 
соответствии с ранее заключенными соглашениями, составила около 2,5 млрд. 
рублей. Было подписано также соглашение о строительстве железной дороги от 
Ланьчжоу до станции Актогай на Турксибе**. Однако это лишь на короткое время 
смягчило отношения между двумя странами.
     В конце 1956-го — начале 1957 годов китайская сторона по многим вопросам 
стала более откровенно высказывать критические замечания в адрес СССР, 
советских организаций, а иногда и работы советских специалистов. На Московском 
совещании представителей коммунистических и рабочих партий социалистических 
стран (14—16 ноября 1957 г.) проявились и первые разногласия КПК и КПСС по 
идеологическим вопросам. Несмотря на это, как подчеркнул известный дипломат, 
ученый-китаист Б.Т. Кулик, «КНР не утратила острой заинтересованности в 
сотрудничестве с СССР, в советской помощи и поддержке»***.
     8 августа 1958 года было подписано очередное соглашение об оказании помощи 
в строительстве и расширении в КНР 47 промышленных предприятий и электростанций,
 — в дополнение к 211 объектам, которые уже сооружались с участием СССР. В 
конце 1957-го — начале 1958 годов был заключен целый ряд крупных соглашений о 
научном и научно-техническом сотрудничестве****. В целом же к началу 1958 года 
с помощью Советского Союза в Китае были созданы совершенно новые отрасли 
промышленности, способные обеспечить до 60% потребностей страны в машинах и 
оборудовании. Тем не менее, по убеждению Мао Цзэдуна, эт