К началу операции закончила перебазирование и 4-я воздушная армия К.А. 
Вершинина.

Небывалое воодушевление овладело всеми. Войска с марша приступали к подготовке 
наступления. Не верилось, что люди только что совершили утомительные переходы, 
во время которых отдыхали урывками на коротких привалах, спали под открытым 
небом на сырой земле. Ничто не могло омрачить их приподнятого, радостного 
настроения. Все понимали важность задачи и стремились выполнить ее как можно 
лучше.

Предварительная работа по подготовке наступательной операции с руководящим 
командным составом фронтового и армейского масштаба была закончена до прибытия 
войск на исходный рубеж, а теперь началась подготовка в звене дивизия – полк. 
Нужно сказать, что отработка задач везде, где мне пришлось побывать, 
проводилась умело и целеустремленно. За время войны наши командиры и 
политработники приобрели глубокие знания и богатейший практический опыт. Это 
сказывалось на подготовке к наступлению. Было внесено много ценных предложений, 
которые тут же претворялись в жизнь. Войска, уже не мало действовавшие на 
лесисто-болотистой местности, форсировавшие на своем пути множество рек, сейчас 
подходили к решению новой задачи во всеоружии опыта.

Летчики Вершинина сфотографировали с воздуха всю оборону противника. Неутомимо 
работала воздушная и наземная разведка. Удалось установить, что главная полоса 
неприятельской обороны, оборудованная по западному берегу реки Вест-Одер, 
достигает глубины 10 километров и состоит из двух-трех позиций. Каждая позиция 
имеет одну-две сплошные траншеи. Через каждые 10–15 метров по берегу реки 
отрыты ячейки для стрелков и пулеметчиков, связанные с траншеей ходами 
сообщения.

Пленные показывали, что все населенные пункты в приодерской полосе на глубину 
до 40 километров приспособлены для обороны и превращены в опорные пункты. Этому 
можно было поверить: мы уже видели подобное в Восточной Померании.

Установлено было также, что на направлении наступления войск фронта противник 
создал вторую полосу обороны, которая проходила по западному берегу реки Рандов,
 в 20 километрах от Одера. А еще дальше наша воздушная разведка обнаружила 
третью полосу обороны. Все говорило о том, что противник подготовился к отпору 
и что нашим войскам нелегко будет сломить его сопротивление.

По данным разведывательного управления фронта, против наших войск стояли 
крупные вражеские силы. Перешеек от побережья моря у Вальд-Дивенова до Загера 
(30 километров по фронту) обороняла корпусная группа «Свинемюнде» под 
командованием генерала Фрейлиха. В первом эшелоне здесь были два морских 
пехотных батальона, школа военно-воздушных сил, морской пехотный и пять 
крепостных полков, а в резерве – части учебной пехотной дивизии.

Южнее на 90-километровом участке фронта по западному берегу Вест-Одера 
оборонялась 3-я немецкая танковая армия под командованием генерал-полковника 
Мантейфеля. Здесь стояли 32-й армейский корпус и армейский корпус «Одер». В 
первом эшелоне они держали три пехотные дивизии, два крепостных и два отдельных 
пехотных полка, батальон и боевую группу. Во втором эшелоне – три пехотные и 
две моторизованные дивизии, две пехотные, две артиллерийские бригады, три 
отдельных полка, четыре батальона, две боевые группы и офицерскую школу. Кроме 
того, 3-я танковая армия была усилена ранее действовавшими против 1-го 
Белорусского фронта тремя артиллерийскими полками, 406-м фолькс-артиллерийским 
корпусом и 15-й зенитной дивизией.

Как видим, наиболее сильная группировка гитлеровцев располагалась именно там, 
где мы собирались наносить главный удар. Но обстановка сложилась так, что 
изменить направление наступления было невозможно. Выполняя директиву Ставки, мы 
планировали главный удар нанести на 45-километровом участке Штеттин, Шведт 
силами трех армий левого крыла фронта – 65,70 и 49-й, трех танковых, 
механизированного и кавалерийского корпусов. Прорвав оборону противника на 
западном берегу Вест-Одера, мы должны были развивать наступление в общем 
направлении на Нейштрелиц и на двенадцатый – пятнадцатый день операции выйти на 
рубеж Нойенкирхен, Деммин, Мальхен, Варен, Виттенберге (у реки Эльба). 
Разграничительная линия с 1-м Белорусским фронтом – Арнсвальде, Шведт, 
Ангермюнде, Гранзее, Виттенберге.

После прорыва вражеской обороны каждая общевойсковая армия усиливалась танковым 
(49-я – механизированным) корпусом. 3-й гвардейский кавалерийский корпус 
оставался во фронтовом резерве, располагаясь за левым флангом 49-й армии.

Артиллерия действовала по планам командующих армиями. На ударном направлении 
создавалась группировка артиллерии, обеспечивавшая плотность не менее 150 
стволов на километр фронта (без учета 45– и 57-миллиметровых орудий). Она 
должна была своим огнем помочь пехоте в форсировании Одера и прорыве всей 
тактической глубины вражеской обороны, а в дальнейшем – сопровождать пехоту и 
эшелоны развития успеха.