поинтересовавшись, кто из летчиков находится сейчас в воздухе, он завел 
разговор 
о важной и злободневной проблеме. Он сказал, что пришло время вести воздушную 
разведку отдаленных районов - Мелитополя, Перекопа, Крыма... Одни эти 
наименования 
открывали перед нами огромный простор, возвращали нас к незабытым местам и 
дорогам степной Таврии, Приднепровья.

Получилось как нельзя лучше: именно в нашем полку на двух машинах - на моей и 
Голубева - сохранились подвесные бачки для горючего, позволяющие намного 
удлинять маршруты полетов. Мы, таким образом, имели полную возможность 
выполнить 
специальное задание командования фронта.

Генерал остался доволен нашей готовностью к дальним полетам на разведку. 
Поставив нам задачу, он уехал с надеждой получить от нас завтра необходимые 
данные.

Из госпиталя возвратился Краев. Я доложил ему о боевой работе полка и вылетел 
на 
разведку.

Советские войска подходили к реке Молочной. Противник лихорадочно готовил здесь 

оборону. Воздушной разведкой нужно было выяснить, подтягивает ли он сюда войска 

из Крыма и где в этом районе расположены его аэродромы.

Задача была ясна, маршрут знаком. Два года назад я не только летал над этими 
местами, но и исколесил их на автомашине с подбитым МИГом на прицепе.

И вот мы в воздухе. Под крылом самолета ширь южных степей сменилась 
величественным простором Азовского моря.

Пролетев над Крымом, взяли курс на Мелитополь - главный опорный пункт на этом 
участке вражеской обороны. На подступах к нему заметили усиленное передвижение 
немецких войск в северном направлении, к реке Молочной.

Запас горючего позволил нам осмотреть и район западнее Мелитополя. Там мы 
обнаружили несколько полевых площадок, на которых стояли самолеты. Добытые 
сведения были немедленно доставлены в штаб дивизии. В штабе дали высокую оценку 

нашему полету и приказали послать на разведку еще одну пару, чтобы держать 
дороги из Крыма под постоянным наблюдением.

Краев вызвал к себе Речкалова и спросил:

- У твоей машины есть подвесные бачки?

- Нет.

- А где же они?

- Бросил в Поповической, как и другие.

- Тогда возьми у Покрышкина. Пойдешь со своим ведомым на разведку в Крым.

Во время этого разговора я сидел в уголке КП и писал донесение.

- Из-за этих бачков Покрышкина надо лететь в самое пекло. Зачем он таскает их 
за 
собой? - как нельзя откровенней выразился Речкалов.

Я не выдержал, подошел к столу командира и сказал:

- Хорошо! Я с Голубевым еще раз схожу на разведку. Но ты, Речкалов, запомни. 
Когда наши отрежут Крым, я с этими бачками буду перехватывать "юнкерсов" далеко 

над морем. Тогда ты тоже не проси их у меня.

Речкалов опешил. Он что-то буркнул в свое оправдание, но я не разобрал его слов.


Уточнив задание, мы с Голубевым пошли к своим еще не остывшим самолетам. А 
перед 
самым вылетом узнали, что вслед за нами вылетят наши бомбардировщики, чтобы 
нанести удары по выявленным аэродромам противника. Мне понравилась такая 
оперативность.