уцелевших, предоставили норвежским водолазам, они-то и снискали себе ореол 
настоящих "проффи", истинных спасателей, которых позвали слишком поздно из-за 
"морских амбиций" и "преступной медлительности" негодяев-адмиралов.
Одни комментаторы громко гневались и клеймили всех направо и налево, другие 
бесстрастно "информировали": "Рудницкий" продолжает тщетные попытки закрепления 
спасательного снаряжения на корпусе подводной лодки... Спасатели применяют 
более совершенный аппарат "Бестер". Но он также оказывается неэффективным".
Да не "Бестер" оказывается неэффективным, а неэффективна шахта выходного люка с 
трещиной от взрыва. И вовсе не тщетными были попытки "Рудницкого" закрепить 
спасательное снаряжение, то бишь автономные аппараты на корпусе лодки. Восемь 
раз только за одно погружение садился "Приз" Андрея Шолохова на 
комингс-площадку и закреплялся на ней. Смысл был не в "закреплении 
спасательного снаряжения", а в невозможности осушить доступ к лодочному люку. И 
нет в том никакой вины тех, кто это героически пытался осуществить.
Эх, если бы дали капитану 3-го ранга Шолохову сказать об этом перед телекамерой.
 Но мы узнали его правду только в сентябре, когда уже все вдоволь накричались и 
наплакались...
Глава восемнадцатая
А БЫЛИ ЛИ СТУКИ?
Итак, 12 августа в 23 часа 30 минут "Курск" не вышел на очередной сеанс связи. 
Такое иногда случается, и это еще не давало повод к самым худшим предположениям.

Спасательная операция началась сразу же, как только по флоту был объявлен поиск 
не вышедшего на контрольный сеанс связи "Курска". Поиск пропавшей субмарины, ее 
обследование - это все спасательная операция, это ее начальный этап. Невозможно 
спасать подводную лодку без информации о ее реальном положение на грунте и 
техническом состоянии. Все это было проделано в рекордно короткие для таких 
аварий и таких гидрометеоусловий сроки.
Для сравнения: "Курск" лег на грунт неподалеку от того места, где в 1961 году 
так же неожиданно и безвестно затонула со всем экипажем дизельная подводная 
лодка С-80. Ее нашли и подняли лишь спустя семь лет. "Курск" успели найти менее 
чем за сутки. Он лежал в 48 милях от берега с большим креном и поднятым 
командирским перископом. Это важная подробность может сказать о многом. 
Несчастье произошло на перископной глубине, видимо, при подвсплытии на сеанс 
связи. Эта глубина для подводников опаснее предельной, так как субмарины всех 
флотов мира не раз и не два попадали под форштевни надводных судов именно на 
перископной глубине. Трудно представить, чтобы акустики "Курска" не услышали 
перед подвсплытием шумы надводного корабля. Трудно надводному кораблю скрыть 
факт столкновения с подводным объектом.
Когда в Авачинской бухте затонул атомоход К-429, корабля хватились спустя почти 
сутки. Искать "Курск" адмирал Попов распорядился сразу же, как только ему 
доложили о невыходе подводного крейсера на связь. Именно он, командующий 
Северным флотом, провел потом все время в море, на борту "Петра Великого". Он 
сделал все, что мог, и даже более того. Человек великой отзывчивости, совести и 
интеллекта, он принял эту трагедию не как флотоначальник, а как истинный 
подводник, только чудом за тридцать лет подводной службы не разделивший участь 
своих собратьев по "Курску".
С борта "Комсомольца" держали довольно устойчивую связь, и было ясно с первых 
часов аварии - пожар... Здесь же лишь невнятные стуки из отсеков... И никакой 
информации.
Кстати, о стуках... Командующий Северным флотом в личной беседе с автором этих 
строк подтвердил, что гидроакустики записали их на пленку.
- Но, - заметил при этом адмирал Попов, - тщательный инструментальный анализ 
этих звуков показал, что исходили они не из прочного корпуса "Курска"...
Но это те стуки, которые записали, а ведь наверняка были и другие - с "Курска", 
которые скорее всего просто не успели услышать.
"Да были ли они?" - сомневаются теперь иные мои коллеги.
Стуки безусловно были, ибо первое, что станет делать подводник, оказавшийся в 
стальной могиле отсека, - это почти рефлекторно бить железом в железо, надеясь, 
что откликнутся из смежных отсеков или услышат спасатели. Другое дело, как 
долго эти стуки продолжались. Их не могло не быть, поскольку любой подводник, 
оказавшийся в затопленном отсеке, будет подавать о себе весть ударами железа по 
железу. Впрочем, для этого не надо быть профессиональным подводником. Когда 
перевернулся линкор "Новороссийск", в его подпалубных помещениях не было 
подводников. Но моряки несколько суток стучали кувалдами в корпус, призывая 
помощь...
История спасения с затонувших подводных лодок знает невероятные случаи. В 
открытом океане шел буксир, матрос вышел выбросить за борт мусор и вдруг 
услышал телефонный звонок. Ушам не поверил - из-за гребней волн звонил телефон. 
Доложил капитану. Подошли - увидели буй с мигалкой, выпущенный с затонувшей 
подводной лодки. Достали из лючка телефонную трубку, связались с экипажем, 
выяснили в чем дело, дали радио на базу. По счастью, там оказался 
корабль-спасатель. Подводников всех подняли на поверхность. Но бывало и так, 
что лодка тонула у причала и помощь оказать не удавалось... Англичане не смогли 
спасти свою подводную лодку "Тетис", у которой корма находилась над водой.
Баренцево море... Третья неделя "черного августа". В точке гибели "Курска" 
собралась целая эскадра. Три тысячи моряков находились над погребенными заживо 
подводниками - сотни крепких, умелых, готовых пойти на любой риск людей. Их 
отделяло от подводного крейсера всего сто семь метров глубины и 80 миллиметров 
стали. Сознавать, что это расстояние непреодолимо, было убийственно и для