являлся заместителем Кейтеля. Это означало сосредоточение гигантской власти в 
руках человека, который и осведомлен был обо всем, как почти никто другой... 
Отношения между Канарисом и Гитлером многие годы были весьма хорошими"1. 

Канарис бесчисленное множество раз лично совещался с Гитлером, с высокими и 
высшими чинами НСДАП и офицерского корпуса СС, с нацистскими шефами 
министерства иностранных дел и военного атташата, с генералами вермахта и 
полиции, с банкирами, крупными судовладельцами и "вервиршафтсфюрерами" 
монополий. Записи этих бесед, которые, учитывая их характер, в большинстве 
случаев велись с глазу на глаз, не только имели бы огромную доказательную силу 
для современных исторических исследований, но и послужили бы тяжким 
обвинительным материалом против нацистских военных преступников перед Судом 
народов. Часть таких записей не мог сделать никто, кроме самого Канариса. В 
комментариях к "Дневнику военных действий ОКВ" в данной связи отмечается: 
"Разумеется, начальник управления ОКВ "Заграница/абвер" адмирал Канарис 
совещался с Гитлером без свидетелей. Подробности этих бесед до сих пор остаются 
неизвестными"2. 

Таким образом, самые шкурные интересы авторов абверовских дневников, а также в 
принципе и всех нацистских персон требовали, чтобы записи подобного рода ни в 
коем случае не попали в руки союзников по антигитлеровской коалиции. Отданный в 
1945 году приказ надежно и полностью уничтожить все оперативные документы, 
карты и архивы органов секретной службы тем более должен был относиться к 
многостраничным дневникам управления шпионажа и диверсий. 

Автор настоящей книги более двух десятилетий вел интенсивные розыски не только 
документов абвера вообще, но и этих дневников или, по меньшей мере, того, что 
от них осталось. Вот что удалось установить в результате этих поисков. 

В ПЕПЕЛ ПРЕВРАТИЛИСЬ ДАЖЕ МИКРОКОПИИ 

Дневник адмирала Канариса должен был состоять из шести скоросшивателей. О том, 
как он велся, известно следующее: "Дневник существовал лишь в одном экземпляре. 
До лета 1939 года Канарис писал его собственноручно, а затем его печатала на 
машинке секретарша3 под диктовку, без копий" 4. 

Скоросшиватели I-V, которые якобы охватывали материалы с 1938 до 1942 года, и 
шесть тетрадей отчетов о различных поездках Канариса были в начале апреля 1945 
года обнаружены в несгораемом шкафу одного из бункеров запасного командного 
пункта ОКХ "Цеппелин" в Цоссене. Генерал пехоты Вальтер Буле, случайно 
наткнувшийся на эти документы, услужливо передал их командиру эсэсовской охраны 
Гитлера в Берлине бригадефюреру СС, генерал-майору полиции Гансу Раттенхуберу, 
который служил в штабе рейхсфюрера СС Гиммлера и одновременно являлся 
начальником имперской службы безопасности. 6 апреля 1945 года скоросшиватели с 
дневником Канариса уже лежали на столе начальника Главного управления имперской 
безопасности обергруппенфюрера СС Эрнста Кальтенбруннера5. 

Но еще задолго до того Канарис, находившийся с 23 июля 1944 года в следственной 
тюрьме по делу о заговоре 20 июля 1944 года, сообщил гестапо и СД о 
местонахождении этого дневника и даже помог им в поисках, о чем на допросах 
говорил совершенно откровенно6. На основе показаний, данных впоследствии суду 
уполномоченными по поискам и просмотру дневника Канариса штандартенфюрером СС 
Вальтером Хуппенкотеном и криминаль-комиссаром Зондерэггером, было установлено: 


"Имеющие важное значение дневники Канариса были найдены только в 1945 году и 
переданы главному управлению имперской безопасности. Они состояли из отдельных 
напечатанных на машинке листков и охватывали период с 1939 по 1942 год. 3 
февраля 1945 года здание главного управления имперской безопасности было 
разрушено бомбежкой, поэтому его оперативный штаб переместился в барак в Ванзее,
 в район действий воздушного флота "Рейх". Начальник гестапо Мюллер жил в доме 
на окраине этого района. Около середины апреля 1945 года туда явился офицер СС 
Раттенхубер и передал начальнику гестапо свою находку. Это были скрепленные в 
черной папке примерно 2 тыс. машинописных страниц дневников Канариса, 
продиктованных им от первого лица..."7 

Скоросшиватель VI, записи в котором начинались с марта 1943 года и кончались 
июлем 1944 года и, таким образом, на пять месяцев превышали время пребывания 
адмирала в должности начальника управления ОКВ "Заграница/абвер", был найден и 
конфискован гестапо еще в июле 1944 года в возглавлявшемся тогда Канарисом 
штабе торговой и экономической войны, который размещался около Потсдама. Однако 
материал из этого скоросшивателя, охватывавший несколько дней после 
совершенного 20 июля 1944 года покушения на Гитлера, не был использован гестапо 
против Канариса. Даже Герт Буххайт вынужден был признать: "Страницы, 
напечатанные его секретаршей на машинке, содержали... весьма мало 
обвинительного материала и были недостаточны для изобличения адмирала как 
государственного изменника" 8. 

От одного из свидетелей на процессе Хуппенкотена (в Мюнхене в феврале 1951 
года) стало известно, что произошло дальше с указанными 12 томами документов. В