ями. Дегрель и его сторонники ощущали себя моральной элитой страны в борьбе 
против коррумпированных старых политиков  – масонов-марионеток, за спинами 
которых маячили кукловоды – воротилы международного банковского капитала. Он 
требовал расторжения военного союза Бельгии с Францией, находившейся под 
властью правительства Народного Фронта, состоявшего из франкмасонов, 
коммунистов и социалистов и заключившего в мае 1935 году договор о взаимной 
поддержке с большевицким Советским Союзом. При этом Леон Дегрель величал 
бельгийский правящий режим не иначе как «диктатурой гнили»779.
          Когда партия «Рекс» 24 мая 1936 года получила на выборах 11% голосов, 
21 депутатское место (из 202) в нижней палате бельгийского парламента и 12 мест 
в сенате (верхней палате), все прочие партии восприняли это как «вызов 
парламентской демократии». Противники Дегреля принялись открыто клеймить его не 
только популистом и демагогом, но и фашистом. Против последнего обвинения он, 
впрочем, ничего не имел. Дегрель никогда не скрывал своих симпатий к фашистской 
Италии и не раз бывал в гостях у самого дуче Бенито Муссолини. На свою 
партийную пропаганду он ежемесячно получал из Рима 250 000 франков. Когда 
бельгийское государственное радиовещание отказало ему в праве выступать по 
государтсвенному радио, он обратился к бельгийцам по итальянскому  Радио Торино.
 26 сентября 1936 года Леон Дегрель познакомился с Отто Абетцем, назначенным 
впоследствии, после поражения Франции в 1940 году, германским послом в Париже, 
и не раз беседовал с имперским министром иностранных дел фон Риббентропом, 
представившим Дегреля Адольфу Гитлеру. Дегрель получил финансовое 
воспомоществование в размере 250 000 имперских марок. 9 октября 1936 года 
Дегрель встретился в Кельне с имперским министром пропаганды доктором 
Геббельсом. В беседе с Геббельсом речь шла о запланированном на 25 октября 1936 
года «марше на Брюссель», задуманном по образцу победоносного «марша на Рим» 
итальянских фашистов, приведшего к власти Муссолини в 1921 году. Ожидалось, что 
в «марше на Брюссель» примут участие не менее 250 000 сторонников Дегреля. Марш 
состоялся, но бельгийские власти сконцентрировали столько войск и полицейских 
сил и настолько осложнили проведение марша всевозможными ограничениями, что он 
оказался неэффективным и не вызвал, как ожидалось, всеобщего восстания против 
«прогнившего антинационального буржуазного режима».
          В последующем Леон Дегрель направил острие своей партийной пропаганды 
главным образом на остававшиеся нерешенными на протяжении десятилетий острые 
социальные вопросы. Новыми темами, к которым он теперь постоянно обращался, 
были необходимость программы семейного развития, повышения производительности 
труда, улучшения положения женщин, создания новых рабочих мест и повышения 
уровня жизни трудящихся. Интересно, что милитаризм и антисемитизм заметного 
места в «рексистской» пропаганде не занимали. Поскольку сходные цели ставил 
перед собой и возглавлявшийся Стафом де Клерком780 «Фламандский Национальный 
Союз»781, Дегрель заключил с ним политический альянс, невзирая на то, что 
партия «Рекс» в результате оказалась втянутой в борьбу ФНС за превращение 
Бельгии в два государства – фламандское и валлонское, объединенные в рамках 
унии во главе с бельгийским королем. 8 октября 1936 года обе партии приняли 
решение о «совместной борьбе за авторитарное и корпоративное общенародное 
государство».
          В марте 1937 года Леон Дегрель, отказавшись от своего мандата 
депутата «рексистской партии» в городском совете Брюсселя, добился проведения 
дополнительных выборов в парламент, выдвинув свою собственную кандидатуру. 
Выборы должны были стать своеобразным всенародным референдумом. Однако 
христианская, социалистическая и либеральная партии объединились и выставили 
своего общего, оказавшегося непобедимым, кандидата – премьер-министра Ван 
Зееланда. Дегрель проиграл еще и потому, что католические духовенство и пресса 
Бельгии выступили против него, как против «представителя и рупора  фашизма». Он 
получил лишь 20 % всех поданных голосов. Неудача Дегреля на выборах повлекла за 
собой падение влияния партии «Рекс». На парламентских выборах 2.4.1939 г. 
только 4 % избирателей отдали свои голоса «Рексу». Из 21 «рексистского» 
депутата в парламенте осталось только 4, из 8 «рексистских» сенаторов только 1. 
Восстановление прежнего политического влияния «рексистов» казалось невозможным. 
Когда Дегрель, планировавший издавать новый политический журнал под названием 
«Журналь  де Брюссель»782, в начале февраля 1940 г. попросил германское 
посольство в Брюсселе о финансовой поддержке, ему было отказано.
       После начала войны с Третьим рейхом Дегрель был, подобно многим другим 
оппозиционным политическим деятелям, 10 мая 1940 года арестован бельгийской 
полицией, невзирая на свой парламентский иммунитет. Он прошел через 22 тюрьмы 
(!), после чего был выдан бельгийскими властями французам, доставившим его в 
штаб-квартиру французской тайной полиции в Лилле. Французы продолжали держать 
Дегреля в заключении даже после капитуляции Франции и освободили его только под 
давлением Отто Абетца, ставшего к тому времени германским послом. В ходе своей 
встречи в Париже Дегрель и Хендрик де Манн, председатель социалистической 
«Бельгийской партии трудящихся»783 договорились о сотрудничестве «рексистов» с 
социалистами во имя «национального и социалистического обновления» Бельгии. 
Дегрель планировал добиться согласия Гитлера на объединение обеих партий. Для 
этого он собирался встретиться с Гитлером на обратном пути фюрера с его встреч 
с испанским каудильо Франсиско Франко и главой нового Французского 
государства784 маршалом Филиппом Петэном в конце октября 1940 года. Однако 
Гитлер, извещенный о запланированном итальянцами нападении на Грецию, в 
последний момент отказал Дегрелю в аудиенции и отбыл в Италию.
       В ходе блицкрига 1940 года на Западном фронте победоносные армии 
Третьего рейха молниеносно оккупировали Люксембург, поставили на колени Францию,
 сброс