Причина 
подобных явлений заключалась в том, что размещение в населенных пунктах было 
безопаснее и удобней, а кроме того, в степях и лесу хозяйничали партизаны, и 
войска 
предпочитали двигаться только по дорогам. Возможно, самым существенным 
результатом 
партизанской войны является тот факт - хотя этому и придавали мало значения, - 
что все 
тыловые части скоплялись в населенных пунктах, являвшихся узлами коммуникаций. 
   Впоследствии, действуя вблизи других городов, 48-й танковый корпус учитывал 
урок 
Житомира. Мы просто старались миновать эти узлы дорог и не располагать в них 
войска 
и неуклонно требовали выполнения этого приказа. Тыловые части 
рассредоточивались и 
размещались в деревнях, что автоматически вело к прекращению действий партизан 
в 
этих районах. Кроме того, налеты русской авиации на узлы коммуникаций теперь 
уже не 
давали прежнего эффекта. Естественно, что тыловым частям пришлось столкнуться с 

рядом неудобств, которых они до сих пор не знали. Так, например, им теперь 
требовалось 
выставлять больше постов и выполнять задачи по охранению войск. В результате в 
штаб 
48-го корпуса непрерывным потоком поступали просьбы о размещении тыловых частей 
в 
более крупных населенных пунктах. Во всех этих обращениях содержались веские 
доводы 
и указывалось, что в противном случае нельзя гарантировать регулярного 
снабжения 
войск всем необходимым. Однако генерал Бальк оставался непреклонным, и следует 
подчеркнуть, что никаких затруднений не возникало - наоборот, снабжение войск 
проходило более организованно, чем раньше. 
"НИКАКИХ ОТСТУПЛЕНИЙ"
   27 декабря 1943 года в ставке Гитлера состоялось очень важное совещание{233}.
 
Обсуждалось предложение Манштейна о частичном отводе войск из большой излучины 
Днепра и об эвакуации Никополя. Принятие указанного предложения обеспечило бы 
сокращение фронта почти на 200 км, однако Гитлер не пожелал считаться с 
выдвинутыми 
аргументами. Он обосновал свой отказ тем, что любое значительное отступление в 
излучине Днепра даст возможность русским сосредоточить силы для наступления на 
Крым, а потеря Крыма "катастрофически" скажется на отношениях с Румынией и 
Турцией. В этом, конечно, была доля правды, но во время войны часто приходится 
выбирать из двух зол меньшее. Не дало никакого результата и заявление Цейтцлера 
о том, 
что "Крым все равно будет в скором времени потерян". 
   Гитлер был прав, говоря, что русские "должны же когда-нибудь выдохнуться", 
но он не 
понимал, что лучший путь к истощению их сил - это принять гибкую стратегию и ни 
в 
коем случае не давать русским возможности уничтожать наши войска в опасных 
выступах. Спорить с этим человеком было бесполезно. Прижатый к стене 
аргументами 
Цейтцлера, Гитлер пустился в туманные рассуждения и заявил буквально следующее: 

   "Запаситесь терпением. У нас уже были подобные случаи, когда все утверждали, 
что 
положение безвыходное. А впоследствии всегда оказывалось, что главное - не 
теряться"{234}. Вот каково было руководство германской армией, и это в тот 
момент, 
когда обстановка требовала абсолютно трезвого анализа и подлинного 
стратегического 
мастерства. 
   Это совещание дает ключ к пониманию причины всех поражений, которые испытали 

немецкие войска на Украине в последующие три месяца. Именно в то время, когда 
русские исчерпали до предела свои людские резервы, Гитлер настаивал на 
удержании 
фронта, что со стратегической точки зрения было совершенно неосуществимым. 
Поскольку я находился в отпуске до середины апреля, я не буду подробно 
описывать всех 
сражений этого периода, тем более что они не имеют особого значения для 
изучающих 
стратегию, а лишь подтверждают, что война представляет собой науку и нельзя 
безнаказанно пренебрегать ее законами. 
   В середине января Красная Армия возобновила свое наступление. 48-й танковый 
корпус 
продолжал твердо удерживать свои позиции, и русским не удалось добиться