участке 
группы армий "Юг" достиг высшего напряжения. Одновременно вырисовывалась 
опасность окружения всего южного крыла фронта в результате глубокого обхода его 
с 
соседнего северного участка. Но как раз в этом крайнем обострении обстановки 
скрывалось уже начало поворота. 
Сначала, однако, обстановка все еще ухудшалась. 
Намечаемая реорганизация группы "Б" на решающем участке фронта как раз в этот 
момент означала, несомненно, опасность. Хотя командование этой группы и имело, 
кроме 2 армии, только остатки разбитых частей, оно все же было существенным 
звеном в 
цепи объединений, действовавших на Восточном фронте. Исключение его привело бы 
к 
разрыву фронта на стыке между группами "Центр" и "Юг". 
Практически группа "Юг" не могла еще принять доставшийся ей участок в районе 
Харькова (группа Ланца), поскольку отсутствовала связь. Пока стала бы возможной 

передача командования, Харьков был бы уже потерян. Только благодаря отличной 
работе 
полка связи группы и целеустремленному руководству связью нашим начальником 
связи 
генералом Мюллером стала возможна быстрая передача командования на участке в 
районе Харькова. Как и всегда, в этом много помог мне мой друг, командующий 
войсками 
связи, генерал Фельгибель. 
Хотя ликвидация группы "Б" вначале затрудняла общее согласованное руководство 
операциями на самом трудном участке Восточного фронта, все же это принесло и 
свою 
пользу. В результате подчинения группы Ланца группе "Юг" создалась возможность 
организовать единое управление операциями в решающий момент на решающем участке.
 
Это как раз и помогло успешно закончить зимнюю кампанию 1942/43г. 
Сначала район Харькова доставлял группе "Юг" только новые заботы, хотя еще в 
течение 
нескольких дней группа "Б" (в действительности же Гитлер) сама руководила 
операциями в этом районе. 
Группа Ланца получила приказ от Гитлера - во что бы то ни стало удержать 
Харьков, 
потеря которого могла отразиться на престиже Германии, как своего рода новый 
Сталинград. Кроме того, группа Ланца силами танкового корпуса СС, который 
составлял 
ядро этой группы, но который все еще состоял из двух вместо трех дивизий, 
должна была 
прорваться [464] на Лозовую, чтобы облегчить положение левого фланга группы 
"Юг". 
Естественно, группа Ланца своими силами могла решить только одну из этих задач. 
Она 
могла или драться за Харьков, или наступать на левом фланге группы "Юг". Я 
поэтому 
предложил Гитлеру, чтобы группа Ланца в первую очередь отказалась от Харькова и 

попыталась разбить противника южнее Харькова. Тем самым была бы предотвращена 
опасность обхода группы через Днепр по обе стороны Кременчуга. Мы же надеялись 
справиться сами с противником, нацелившим свой удар на переправы через Днепр у 
Запорожья и Днепропетровска, введением в бой 4 танковой армии. Если бы Ланц 
разбил 
противника южнее Харькова, то тогда он мог бы повернуть на Харьков и снова 
овладеть 
им. Но такое решение не соответствовало планам Гитлера, для которого Харьков, 
столица 
Украины{66}, стал уже вопросом престижа. Он отдал, поэтому 13 февраля еще раз 
строгий приказ группе Ланца при всех обстоятельствах удерживать Харьков. 
Я запросил поэтому у ОКХ, сохраняет ли силу этот приказ и после того, как Ланц 
перешел в мое распоряжение, в том числе и на случай опасности окружения 
танкового 
корпуса СС в Харькове. Одновременно я просил ответить на мое письмо с оценкой 
общей 
обстановки, которое я отправил за день до этого в Летцен (Гижицко). Генерал 
Цейтцлер 
ответил мне, что Гитлер сказал по поводу моего письма, что я "смотрю слишком 
далеко", 
я же ответил ему, что я считаю правильным, если штаб группы планирует действия 
на 4-8 
недель вперед, и сомневаюсь, правильно ли делает Главное командование, когда 
оно 
думает только на 3 дня вперед. 
Что касается обстановки у Харькова, то обстоятельства оказались сильнее, чем 
желания 
Гитлера. Танковый корпус СС, который уже был в опасности окружения в Харькове, 
отступил 15 февраля - впрочем, вопреки приказу генерала Ланца - из города. О