адмирала.




Его корабли


Ушаков любил осмотры корабля. Внизу шуршала волна, вверху бился в парусину 
ветер, а здесь был мир, от которого зависела жизнь всего того, что именовалось 
кораблем.

Начинал он осмотр с трюма, где придирчиво осматривал расположение балласта.

— Не близко у вас к бортам сии грузы расположены?

В насыпной балласт были поставлены в три ряда обложенные дровами водяные бочки 
— верхнего, среднего и нижнего лага. Он требовал согласно всем правилам, чтобы 
они равномерно заполнялись и опорожнялись, дабы остойчивость не терялась. Особо 
придирчиво осматривал он крюйт-камеры, щупал уголья, насыпанные для 
предохранения пороха от сырости. Нередко выставлял возле крюйт-камер 
специальных часовых. Осматривал фонарь, который зажигался с другой стороны 
камеры, медленно и осторожно обходил бочки с порохом, проверяя их подвижность, 
пробуя рукой разложенные на решетчатых полках картузы, приготовленные для 
орудий разных калибров. Чуть повыше на выходе хранились разного рода 
артиллерийские припасы: кожи, кокора, роги, фальшвееры, палительные трубки, 
блоки. Артиллерийский припас был в основном в каюте возле крюйт-камеры — там 
лежали фитили, армяки, запасные колеса, оси, клинья, ломы, банники, бумага. 
Ядра были в ящиках с переборками в ячейках для соответствующего калибра. В 
шкиперских каютах трюма пахло горьковатой парусиной. Свернулись в аккуратные 
тюки тенты, брезентины, лежали разные тросы, парусные нитки, сало, смола, кожа, 
котлы, гвозди, фонари, обыкновенные сигнальные свечи, мелкие блоки и разные 
нужные для корабля железки и деревяшки.

В ящиках лежали готовые вкрутиться в дерево гаки, остроголовые топоры, палубные 
скребки, свайки, долота, болты. В трюмах было влажно, улепетывали завидевшие 
фонарь крысы. Ушаков с ними боролся, но не всегда успешно. На нижней палубе 
днем было людно. У пушки находились баталеры. Федор Федорович всегда пробовал, 
как прикреплена пушка. Дергал тали, особо придирчив был к брюкам — толстым 
смоленым веревкам, которые пропускались в рымы, прикрепленные к бортам. Помнил, 
как кружила однажды сорвавшаяся в Северном море пушка, как покалечило матроса, 
как и его чуть не придавило.

В каютах для сухой провизии все лежало в кулях или ларях, куда и высыпаны были 
крупа, горох, тут же хранятся канистры, котлы, ендовы, кружки, чарки, ливера, 
веса. Сверх них лежали решетчатые перегородки для воздуха. В скрученные из 
веревок кольца, что назывались у моряков кранцы, были положены ядра, другие 
ядра были положены вокруг грот-мачты. На нижней палубе, начиная от носа, жили 
служители — канониры, матросы и солдаты. В подвесных койках всегда спала часть 
команды, другая была на вахте.

В корме в констапельской каюте живут артиллерийские солдатские офицеры и 
штурмана. Тут же корабельная канцелярия. Хранятся все абордажные оружия — 
мушкетоны, пистолеты, пики. Впереди бизань-мачты мерно просвечивали выстроенные 
в три ряда ружья. На верхней палубе в корме отделяется переборкой кают-компания,
 рядом с которой помещаются капитан-лейтенанты и лейтенанты, над шканцами живут 
мичман и гардемарины. На правой стороне живет священник, где поставлен 
корабельный образ для совершения молитв. Посреди верхней палубы во время похода 
стоит барказ. Тут же место для всякой живности — вверху в клетках куры, утки, 
гуси, внизу бараны, телята, свиньи.

В носу под баком на середине находится корабельная кухня — камбуз. Впереди нее 
корабельный лазарет, с другой стороны зажженный фитиль, что позволяет курить 
служителям над кадками, наполненными водой. С ними рядом труба, что восходит из 
кухни, и тут же гальюн, то есть уборная. Между грот — и фок-мачтой прикреплены 
запасные стеньги, реи, помпы, дубовые доски.

Потом Ушаков шел на шканцы, где была каюта капитана. Тут же всегда на шканцах у 
компаса вахтенный, что командует в рипер, то есть медную трубу. За шканцами 
хранятся всякие припасы штурмана: флаги, лоты, лаги, лини.

Вдоль всего корабля проходы — называются колидоры, чтобы плотники и конопатчики 
могли осматривать его борта, перегородки, ладить и конопатить. В колидорах 
развешивались блоки, бугели, голики и стояли ружья.

А на юте и шканцах вокруг корабля сделаны сетки, где хранятся служительские 
чемоданы и койки, что не раз спасали от картечи и пуль моряков.

Сколько бурь, штормов, грозных валов обрушивалось на корабль Ушакова. Казались 
неизбежными крушения, катастрофы. Но их у него не было. А ведь крушения 
кораблей в то время были не редкость. Так, в 1773 году в