я там был, мед-вино пил, по усам текло, в рот не попало; ел я капусту, а в 
брюхе-то пусто. Дали мне колпак, стали со двора толкать; дали мне шлык, а я в 
подворотню шмыг! Дали мне синь-кафтан; летят синицы да кричат: «Синь-кафтан, 
синь-кафтан!» А мне послышалось: «Скинь кафтан!» Скинул и бросил на дороге. 
Дали мне красные сапоги; летят вороны да кричат: «Красные сапоги, красные 
сапоги!» А мне послышалось: «Крадены сапоги!» Снял да и бросил. Дали мне 
лошадку восковую, плетку гороховую, уздечку репяную; увидал я — мужик овин 
сушит, привязал тут лошадку — она растаяла, плетку куры склевали, а уздечку 
свиньи съели!




Сказка о злой жене




№433
[304]


Зла жена худо с мужем жила, ничего мужа не слушала. Велит муж ране встать, так 
она трои сутки спит; велит муж спать, а она нисколько не спит. Велит муж блины 
печи, а она говорит: «Не стоишь, вор, блинов!» Муж говорит: «Не пеки, жена, 
блинов, коли не стою»; она выпечет кринку в два ведра и говорит: «Ешь, вор, 
чтоб съедено было!» — «Ну, — говорит, — жена, не стряпай и на сенокос не ходи; 
мне тебя жаль!» А она говорит: «Нет, вор, я пойду, и ты ступай за мною!»

Только он побился с ней, помаялся, пошел с горя в лес по ягоды, и нашел куст 
смородины, и увидел в этом кусту бездонную яму; поглазел он и смекнул: «Что я 
живу со злой женой, маюся? Не могу ли я ее в эту яму засадить, не могу ли я ее 
проучить?» Пришел в избу и говорит: «Не ходи, жена, в лес за ягодами!» — «Нет, 
шишморник
[305]
, пойду!» — «Я нашел куст смородины, не бери!» — «Нет, сама пойду, оберу, тебе 
не дам смородины!» Муж пошел, жена с ним; пришел к кусту к смородине, а жена 
вскочила в куст и матом кричит: «Не ходи, вор, в куст, убью!» — и сама полезла 
в средину, да в яму-то и хлоп бездонную!

Муж с радостей в избу пошел и прожил трои сутки, на четвертые пошел 
проведывать; взял бечеву длинную, пустил в ямищу и вытащил оттуда чертенка; 
испугавшись, и хочет чертенка в яму опустить. Закричал тот матом, замолился и 
говорит: «Крестьянин, не обрати назад, пусти на свет! Пришла злая жена, всех 
нас приела, прикусала, прищипала — тошно нам! Я тебе добро сделаю!» Крестьянин 
отпустил его на божью волю — на святую Русь. Чертенок и говорит: «Ну, 
крестьянин, пойдем со мною во град Вологду; я стану людей морить, а ты — 
лечить».

Ну вот пошел чертенок по купеческим женам и по купеческим дочерям; стал он в 
них входить, стали они дуреть, стали они болеть. Вот этот крестьянин — где 
заболеют — придет в дом, а неприятель-то вон, в дому благодать будет, и смекают 
все, что этот крестьянин — лекарь, деньги дают, да и пирогами кормят. И набрал 
крестьянин денег несметную сумму себе. Вот чертенок и говорит: «Полно, 
крестьянин, с тебя, доволен ли ты? Теперь я пойду в боярскую дочь; мотри
[306]
не ходи ее лечить; не то съем я тебя!» Боярышня заболела и так задурела, что 
требует людей ести.


Приказал боярин крестьянина найти — такого-то лекаря отыскать. Он приходит в 
хоромы и велит боярину, чтоб все горожане и кареты с кучерами стояли в этой 
улице противу дому боярского; потом дает приказ, чтоб все кучера щелкали в 
арапельники
[307]
и матом кричали: «Злая жена пришла, злая жена пришла!» — и сам пошел в комнаты. 
Пришел он в комнаты: чертенок возлился на него и говорит: «Что ты, русский, 
зачем пришел? Я тебя съем!» Он говорит: «Что ты! Я пришел тебя не выживать, а 
пришел, тебя жалея, сказать: зла-то жена сюда пришла!» Черт на окошко вскочил, 
вытаращил зенки
[308]
, да и чует
[309]
: все одним матом орут: «Злая жена!» — «Крестьянин, — взговорил черт, — мне-то 
куды деваться?» — «Ступай опять в ямищу: она туды больше не пойдет». Черт туды 
и ушел к злой жене. За это боярин пожаловал милость, дочку (за крестьянина) 
замуж отдал, пол-именья подарил, а злая жена и теперь в яме сидит в тартарары
[310]
.