| |
237
Дрянь, по?гань.
238
Собака.
239
Место записи неизвестно.
AT 325.
Не только в этом, но и во многих других восточнославянских вариантах «Хитрой
науки» чародей появляется перед старухой или стариком, или парнем при вздохе
(«Ох!») неведомо откуда или из-под земли и именуется Охом. Нередко в
белорусских и украинских сказках Ох — это черт. Традиционный мотив сказок — Ох
выходит из-под земли к человеку, который вздохнул, — послужил основой
быличек-легенд, ассоциируясь с поверьями о кладнике — черте. Образ Оха,
появляющегося при вздохе человека, встречается и в некоторых сказках
неславянских народов СССР (
Арм. нар. ск.
, Ереван, 1964, с. 80—83). Те эпизоды данного варианта «Хитрой науки» сборника
Афанасьева, в которых действует бедная старуха и переданы ее переживания,
замечательны своей психологической мотивированностью. Диалог щуки и ерша имеет
традиционную для восточнославянских сказок устойчивую стилистическую форму.
К отдельным эпизодам сказки Афанасьевым приведены варианты.
К словам «пришли к могиле» (с. 232) — вариант: «кургану».
После слов «Вдруг откуда не? взялся — явился старец» (с. 232) указан вариант:
«В другом списке является черт. Жил бедный мужик, ничего в дому не было, а
детей много. Как быть? Всех-то надо накормить да добру научить. Вот придумал
мужик раздать сыновей по людям — в науку; повел одного в город, но сколько ни
водил — никто не берет даром, а платить не из чего. Крепко осерчал старик да с
сердцем накинулся на парня: «Ну, куда тебя, Ванька, девать? Хоть бы черт тебя
взял!» На то слово черт не заставил себя долго ожидать — тотчас явился и
говорит: «Отдай мне своего сына в науку, а через три года приходи за ним:
узнаешь — возьми себе, а не узнаешь — то мой меч, твоя голова с плеч!»
К эпизоду появления Оха с двенадцатью скворцами (с. 233) дан вариант: «В другом
списке Ох обращает своих двенадцать учеников собаками. Старуха говорит: «Где
тут быть моему сыну: это псы поганые!» Ох вывел одну собаку, ударил ее по спине
— и в ту же минуту наместо собаки явился старухин сын».
К словам сына «я буду седьмой с правой руки» (с. 233) — вариант: «у меня из
правого уха дымок пойдет».
После слов «горько заплакала и деньгам не рада» (с. 233) указан вариант: «Идет
старуха с сыном дорогой широкою. В чистом поле ездят охотники и травят зайцев.
Увидал их сын и говорит матери: «Я обернусь хортом (борзой собакою); продавай
меня охотникам, только Оха не поминай!» Тотчас ударился о сырую землю, сделался
хортом, погнался за зайцем, словил и принес старухе, а сам так и ластился к ней.
«Это твой хорт?» — спрашивают охотники. «Мой, господа стрельцы!» — «Не
продаешь ли?» — «Давайте пятьдесят рублев». Охотники усмехнулись. «Возьми,
говорят, — пять рублев!» — «Ох вы, стрельцы-молодцы! Где такая цена слыхана?» —
промолвила с досадой старуха, и вдруг — откуда ни возьмись — выскочил Ох, отдал
старухе пятьдесят рублев и взял хорта. (Долго он мучил собаку; наконец она от
него убегает, Ох ее преследует — и начинается длинный ряд превращений)».
После слов «а жеребец со двора и пустился в чисто поле» (с. 234) отмечено: «В
списке, где вместо Оха выведен черт, нечистый приводит жеребца домой,
привязывает его к конюшне и не дает другого корма, кроме горячих угольев. У
нечистого была дочь, увидела: стоит бедный конь, морда крепко притянута, а
возле чугунный котел с жаром; сжалилась, отвязала его и повела поить, жеребец
стал махать головою; махал, махал, пока не сбросил с себя недоузка; а как
сбросил — сейчас убежал».
К словам «а тут на плоту» (с. 234) — вариант: «на кладках».
После слов «одно зернышко попало царевне в башмачок» (с. 234) указан вариант:
«Долго плавали в воде ерш и щука. Собрались купеческие дети, пошли ловить рыбу,
закинули сети и вместе с другой рыбою вытащили и ерша. Только воротились домой,
а к ним на двор идет Ох: стал торговать рыбу и дает цену высокую. Купил:
«Доберусь, думает, до ерша». А ерш выскочил из лоханки, ударился о?земь и
рассыпался маком; одно зернышко попало в башмак купеческой дочери...».
К словам «Зернышко... сделалось ястребом» (с. 234) — вариант: «орлом».
240
|
|
