козла. Полетела шкурка в печь очутилась меньшая купеческая дочь замужем не за 
козлом, а за добрым молодцом; стали они себе жить да поживать да добра наживать.





Неумойка




№278
[288]



Отслужил солдат три войны, не выслужил и выеденного яйца, и отпустили его
в чистую
[289]
. Вот он вышел на дорогу, шел-шел, пристал и сел у озера; сидит да думу думает: 
«Куда теперь мне деваться, чем прокормиться?.. К черту, что ли, в работники 
наняться!» Только вымолвил эти речи, а чертенок тут как тут — стоит перед ним, 
кланяется: «Здорово, служба!» — «Тебе что надо?» — «Да не сам ли ты захотел к 
нам в работники наняться? Что ж, служивый, наймись! Жалованье большое дадим». — 
«А какова работа?» — «Работа легкая: только пятнадцать лет не бриться, не 
стричься, соплей не сморкать, нос не утирать и одежи не переменять!» — «Ладно, 
— говорит солдат, — я возьмусь за эту работу, но с тем уговором, чтобы все мне 
было готово, чего душа пожелает!» — «Уж это как водится! Будь спокоен, за нами 
помешки не будет». — «Ну так по рукам! Сейчас же перенеси меня в большой 
столичный город да кучу денег притащи; ты ведь сам знаешь, что этого добра у 
солдата без малого ничего!»

Чертенок бросился в озеро, притащил кучу денег и мигом перенес солдата в 
большой город; перенес — и был таков! «Вот на дурака напал! — говорит солдат. — 
Еще не служил, не работал, а деньги взял». Нанял себе квартиру, не стрижется, 
не бреется, носа не утирает, одежи не переменяет, живет — богатеет; до того 
разбогател, что некуда стало денег девать. Что делать с серебром да с золотом? 
«Дай-ка, — вздумал он, — начну помогать бедным; пусть за мою душу молятся». 
Начал солдат раздавать деньги бедным, и направо дает, и налево дает — а денег у 
него не только не убывает, а еще прибавляется. Пошла об нем слава по всему 
царству, по всем людям.
Вот так-то жил солдат лет четырнадцать; на пятнадцатом году не хватило у царя 
казны; велел он позвать к себе этого солдата. Приходит к нему солдат небритый, 
немытый, нечесаный, сопли не вытерты, одежа не переменена. «Здравия желаю, ваше 
величество!» — «Послушай, служивый! Ты, говорят, всем людям добро делаешь; дай 
мне хоть взаймы денег. У меня на жалованье войскам не хватает. Если дашь, 
сейчас тебя генералом пожалую». — «Нет, ваше величество, я генералом быть не 
желаю; а коли хочешь жаловать, отдай за меня одну из своих дочерей, и бери 
тогда казны, сколько надобно». Тут король призадумался; и дочерей жалко, и без 
денег обойтись нельзя. «Ну, — говорит, — хорошо; прикажи списать с себя портрет,
 я его дочерям покажу — которая за тебя пойдет?» Солдат повернулся, велел 
списать с себя портрет — точь-в-точь как он есть, и послал его к царю.
У того царя было три дочери, призвал их отец, показывает солдатский портрет 
старшей: «Пойдешь ли за него замуж? Он меня из великой нужды выведет». Царевна 
видит, что нарисовано страшилище, волоса всклокочены, ногти не выстрижены, 
сопли не вытерты! «Не хочу! — говорит.

— Я лучше за черта пойду!» А черт откуда взялся — стоит позади с пером да с 
бумагой, услыхал это и записал ее душу. Спрашивает отец середнюю дочь: «Пойдешь 
за солдата замуж?» — «Как же! Я лучше в девках просижу, лучше с чертом повяжуся
[290]
, чем за него идти!» Черт записал и другую душу. Спрашивает отец у меньшой 
дочери; она ему отвечает: «Видно, судьба моя такова! Иду за него замуж, а там 
что бог даст!»

Царь обрадовался, послал сказать солдату, чтоб к венцу готовился, и отправил к 
нему двенадцать подвод за золотом. Солдат потребовал к себе чертенка: «Вот 
двенадцать подвод — чтобы сейчас все были золотом насыпаны!» Чертенок побежал в 
озеро, и пошла у нечистых работа: кто мешок тащит, кто два; живой рукой 
насыпали воза? и отправили к царю во дворец. Царь поправился и начал звать к 
себе солдата почитай каждый день, сажал с собою за единый стол, вместе с ним и 
пил и ел. Вот, пока готовились они к свадьбе, прошло как раз пятнадцать лет: 
кончился срок солдатской службы. Зовет он чертенка и говорит: «Ну, служба моя 
покончилась: сделай теперь меня молодцом». Чертенок изрубил его на мелкие части,
 бросил в котел и давай варить; сварил, вынул и собрал все воедино как следует: 
косточка в косточку, суставчик в суставчик, жилка в жилку; потом взбрызнул 
мертвой и живой водою — и солдат встал таким молодцом, что ни в сказке сказать, 
ни пером написать. Обвенчался он с младшею царевною, и стали они жить-поживать, 
добра наживать; я на свадьбе был, мед-пиво пил, было у них вино — выпивал его